А ты шухер поднял.
– Я? – удивился Филин. – Это ты начал первый говорить – никто мне посылки не шлет, Рабиндраната вспомнил.
– Херня, – отмахнулся Петя, – теперь можно и посмотреть – что там. Кажется, что-то мягкое. По крайней мере я кулак не ушиб.
А Петя начал сдирать упаковочную бумагу, а когда успешно с этим делом справился, взору компаньонов открылся еще один пакет – из темного целлофана.
– Ну… – Петя взял со стола свой бутерброд и откусил порядочный кусок, – посмотрим, что там за подарок…
Петя Злой еще не успел проглотить кусок бутерброда, только по этой причине его не вывернуло наизнанку, когда он развернул пакет из темного целлофана – он просто выплюнул изо рта полупережеванную массу, упреждая закипающую уже в недрах живота тошноту.
– Что это? – откашливаясь, спросил Петя, тыча пальцем в содержимое пакета.
– Рука, – сдавленным голосом проговорил Филин, – не видишь, что ли? Отрезанная. Мужская рука, судя по всему.
– Сам вижу, что рука, – вполне уже оправившийся от неожиданности и поэтому довольно спокойный, сказал Петя. – Я хотел спросить – что это значит?
– Там бумажка какая-то, – заметил Филин.
Петя поднял клочок бумаги.
– Что-то написано? – поинтересовался Филин.
– Не, – сказал Петя, – нарисовано.
– Не могу понять. Кажется, какая-то рыбка.
– Дай-ка я посмотрю.
Петя протянул Филину бумажку, и Филин уставился в нее, стараясь понять, что может значить довольно условный и приблизительный, но вполне узнаваемый рисунок рыбы.
– Рыба, – констатировал и Филин. – Что за херь? Зубастая какая-то рыба, длинная, с раздвоенным хвостом.
– Зубастая, – потирая подбородок, задумчиво проговорил Петя, – с раздвоенным хвостом. Щука, что ли?
Сказав это слово, он вдруг вскинулся и просиял.
– Щука! – закричал он. – Щука, едрит твою мать! Щука!
– Щука. Да, похоже, – кивнул головой Филин. – А чего ты так радуешься-то?
Петя вскинул обе руки к потолку и несколько раз подпрыгнул на месте, будто танцевал диковинного вида джигу.
– Оба-на-а, – протянул ошарашенный Филин, глядя на Петины безумства.
– А ты не понял? – заливаясь счастливым смехом, повернулся к нему Петя. – Чья это рука? Щука нарисована! Щукина это рука! А посылку нам Рустам прислал! Понял? Нет больше на свете Коляна Щукина! Нет!
– Оба-на-а! – заревел Филин и прихлопнул в ладоши. – В натуре! Как это я сразу не допер?.. Просто у этого психа Рустама такая манера работы, что не сразу въедешь… Надо же – руку прислал отрубленную.
