Боевой отряд элитных спецназовцев получает секретный приказ: найти предателя в рядах высокого командования, сливающего информацию врагу. В горах Чечни профессионалы войны вынуждены действовать вне закона, раскрывая заговор, который может изменить ход конфликта.
– Итак, ты готов?
– Давай, давай! – подбодрил Ибрагим. – Всё, что знаю, ты будишь знат – я сказал!
– Ну и молодец, – похвалил Костя. – Я думаю, ты будешь искренним. Потому что это в первую очередь в твоих же интересах. И знаешь почему?
– Слушай, скажи, что хочишь? – Ибрагим вымучил задушевную улыбку. – Твой, мой интэрэс – какой разница? Пачиму ищак за хвост тянишь?
– Разница есть. – Костя ответно улыбнулся – но без особой задушевности. – Я так подробно объясняю, чтобы у нас с тобой не получилось непонимания… Нам никто из ваших не нужен. Это важно, запомни это. Нам нужен наш человек, с которым ты иногда контактируешь…
Иванов за спиной Кости нервно вздохнул. Хитрый психолог не стал развивать самостоятельную версию, а взял за основу его предположение. В случае неудачи он имеет право кивнуть командиру: а это вообще ваша задумка! Что вы от меня хотите?
– Какой чилаэк тэбэ нужьн? – Ибрагим подался вперёд, всем своим видом показывая, что готов сотрудничать. – Я очинь многа ваш чилаэк встричаюс – кажьдый день, оччинь! Всэх сдам, запраста, гавары, какой нужьн!
– В общем, нам нужен наш стукач, – добавил конкретики Костя. – Который через тебя передаёт информацию нужным людям. И не абы какой, а самый высокий… Давай начнём с конца. Нас конкретно интересует наш человек, с которым ты встречался незадолго до неудачного похищения. Что скажешь?
– Ситукач – такой нэт, – покачал головой Ибрагим. – Какой «сливаит»? Такой сабсэм нэт! Кушат, сидэт, пиво-водка, лей-пей, мясо дастават нэдорого – такой многа ходит…
– Что-то руки зачесались. – Петрушин демонстративно почесал кулак. – Может, вы пойдёте чайку попить, а мы тут продолжим?
Иванов многозначительно прокашлялся. Показалось вдруг полковнику, что психолог занимается бесцельным трёпом. Полковник опытный, не одну сотню битых и ломаных товарищей допросил в своё время. За несколько минут созерцания определил: этот – матёрый, непримиримый, на какие-то общечеловеческие посулы его не возьмёшь. А пытка – весьма эффективный и весьма необъективный способ беседы, особенно если сформулировать конкретно вопрос нельзя, а есть лишь направление, в котором нужно работать. Он лично общался с «оборотнем» или только организовывал встречи между сторонами? Ответа не было. А это очень важно, от этого зависит правильная постановка вопроса.
