Пусть сейчас я немецкий аристократ и родственник шведского короля. Пусть я наемник и, как только окончится эта война, уеду отсюда. Пусть я никогда не был здесь прежде ни в этой жизни, ни в прошлой. Все равно эта земля моя, и люди вокруг мои соотечественники, хоть они так и не считают. Все равно.
На следующий после похорон день к нам опять пожаловали переговорщики от казаков. На сей раз главным парламентером был худой небогато одетый казак лет около сорока или больше, с обветренным лицом. На этот раз я не стал говорить с ними один и вышел на стену в сопровождении преподобного Сильвестра и Вельяминова.
– Я хочу говорить с князем Мекленбургским, – заявил он, оглядев нас.
– А что, ты столь знатен, что говорить с епископом и русским боярином тебе не по чину? – усмехнулся я в ответ.
– Но ведь ты командуешь здешними ратниками?
– Верно. Но кто ты, чтобы я говорил с тобой?
– Мое имя Яков Неродич, а запорожцы прозвали меня – Бородавка. Я кошевой атаман.
– Чего ты хочешь, атаман?
– Я хочу, чтобы вы заплатили нам выкуп. Тогда мы уйдем.
– А больше ты, вор, ничего не хочешь? – воскликнул Аникита.
– Не лайся, боярин, я не с тобой речь веду, – ответил Бородавка презрительно.
– Креста на тебе нет, разбойник! – возвысил голос епископ.
– Як то нема? – насмешливо изумился тот в ответ, расстегнув ворот. – А ось на шее?
– Прокляну! – почти проревел на это преподобный Сильвестр, но насмешливый казак только хмыкнул в ответ.
– Послушай меня, атаман, – вступил я в разговор. – Больше того, что вы уже сделали, вы ничего сделать не сможете. За стены я вас не пущу, а посады вы уже пограбили да пожгли. Скоро начнутся дожди, и вам ничего не останется, как уйти, потому что зимовать тут негде. Вы сами все разорили. Поэтому послушай доброго совета, иди отсюда подобру-поздорову. Может, там, на Диком поле вы и рыцари, стоящие за христианскую веру против поганых. Но здесь вы просто разбойники, которых наняли польские паны, чтобы не подставляться под пули самим. Это не ваша война, и вам тут делать нечего, уходите.
– Ты, князь, верно, надеешься получить подмогу от ополчения, только зря. Король Сигизмунд собрал большое войско и скоро будет под Москвой. Так что им не до вас. Заплатите выкуп – и мы уйдем, не заплатите – будем стоять здесь, пока вы не начнете дохнуть внутри своих стен.
– Ты говоришь, что король Сигизмунд собрал войско и идет к Москве?
– Как интересно, – удивился я и, подойдя к краю стены, нагнулся в сторону казака. – А что, с порохом у короля все благополучно?
Мимолетная тень набежала на обветренное лицо казачьего атамана, потом он широко улыбнулся и заразительно рассмеялся.