Самым сложным было, миновав заставы, увести конный регимент в кремль и устроить засаду пришедшим на соборную площадь казакам. Вельяминов тем временем со своими рейтарами проник на двор Пожарского и тайно вывез его. Таким образом, заговорщики только зря разделили силы. Еще один большой их отряд должен был направиться к моему острогу. Там должны были держать оборону, по возможности не допуская до большого кровопролития, наемники во главе с Рюминым и стрельцы Анисима. На тот случай, если осаждающие полезут на рожон, там были несколько пушек, способных остудить слишком горячие головы.
– Что дальше-то делать? – проронил бледнеющий на глазах Пожарский.
– Дальше, князь, надобно побыстрее царя выбирать, пока казаки не очухались. И этих отнюдь не выпускать из кремля, тут их вожаки, без которых прочие много не навоюют. Да что с тобой?
– Худо мне, падучая мне житья не дает, вели унести меня отсюда быстрее, пока люди не видели, – пробормотал слабеющий на глазах воевода.
– Вот же пропасть, – тихо выругался я, подхватывая князя вместе с окружавшими его воинами. – Ну-ка понесли, пока греха не случилось.
Ночь давно сменилась утром, а ему на смену пришел день, когда притихшие земцы, бояре и черноризцы во главе с переодевшимся наконец митрополитом разродились списком возможных кандидатов в цари. Пожарскому было еще худо, когда этот список принесли мне. Не заглядывая в него, я спросил у бояр – не надоело ли им жить?
– Бояре, поднявшие мятеж казаки – суть волки злые, – говорил я им, словно вколачивал гвозди в головы. – Их сим списком да проволочками не накормишь. Решайте сейчас, кто царем будет! Все разом и присягнете.
Стольник Траханиотов, принесший мне свиток, в ответ тяжко вздохнул и направился вместе с остальными земцами назад.
– Ваше королевское высочество, – обратился ко мне Кароль, – прибыл Рюмин, а с ним какие-то люди.
– Лелик! Какого нечистого ты разводишь церемонии, скорее зови.
Первым зашел в притвор Клим, и я накинулся на него, расспрашивая, как прошла ночь, не случилось ли какой напасти и нет ли потерь.
– Все ладно, ваше высочество, спасла царица небесная, не было боя, раз всего и пугнули казаков, а до смертоубийства и не дошло вовсе. Но мы получили известия из Стокгольма, и я сразу же направился к вам.
– Известия из Стокгольма?
Следом за Рюминым зашли и разом поклонились три человека, двоих из которых я узнал. Это были мой старый знакомец Рутгер ван Дейк и Пьер О’Коннор, которому я когда-то предлагал место врача. Третий, явно шведский офицер, был мне совершенно не знаком, но судя по всему, именно он привез известия.
– Рад видеть вас господа, – кивнул я вошедшим, – надеюсь, что вы привезли мне добрые вести.