Жанр
Современник попадает в тело немецкого принца начала XVII века и оказывается в центре событий Смуты Родина. Ему предстоит столкнуться с преследованиями инквизиции, заговорами родни и необходимостью помочь своей стране. Приключения Иоганна Мекленбургского полны опасностей и борьбы за выживание.
– Отец Мелентий, говоришь, да еще с ратниками? Ну-ка опиши, вьюноша, как сей святой отец выглядит?
– Ну как выглядит… Ростом высокий, телом крепкий, брада черная да густая – лопатой. На коне сидит так, будто всю жизнь рати за собой водил.
– И давно ты этого святого человека видел?
– Да как на смотр ехали.
– Более не видал, государь!
– Ладно, только если увидишь еще, дай знать сотнику своему.
– Все исполню, государь!
Внимательно слушавший наш разговор Вельяминов подзывает Корнилия и шушукается с ним, потом командует:
– Корнилий, ты со своими впереди, а мы с государем следом. Смотреть крепко, дабы не вышло прорухи. А Федьку с парой-тройкой конных пошли вперед в Вельяминовку, пусть готовятся. Если все ладно сделает, пусть и своих проведает. – Потом оборачивается ко мне: – Все ли верно говорю, царь-батюшка?
– Верно, верно… ты, Аникита, когда говоришь эдак, до того на Анисима похож, что удавить тебя хочется. Поехали уж, а то все разбойники с медведями от тоски передохнут, нас не дождавшись.
В который раз видит Федька знакомый терем, только теперь скрываться ему не надо, и он громко стучит рукоятью плети по крепким тесовым воротам.
– Кого там нелегкая принесла? – раздается простуженный голос сторожа.
– Открывай быстрее, известия от боярина Никиты Ивановича привез!
Слуга, как видно, разглядел на приезжих знакомые кафтаны, и ничего более не спрашивая, кинулся отворять ворота. Федька, спешившись, пошел к высокому крыльцу с замирающим от сладкой тоски сердцем. Поднявшись, стуча каблуками, он у двери почти столкнулся с боярышней и застыл как громом пораженный.
– Федя… – недоверчиво протянула она, узнав незадачливого ухажера, – откуда ты взялся?
– Из Москвы, Алена Ивановна, известия у меня от брата вашего.
– Вот как, нешто мой брат обычай письма писать завел? Ну коли так, то давай свою грамоту.
– Нет у меня грамоты, боярышня, просто он на словах велел передать, что скоро будет у вас с дорогим гостем, и велел все приготовить, чтобы с честью встретить.
– Вот как, а я-то думала… Что же за гость к нам такой пожалует, что брат мой столь сановного гонца как ты, боярский сын, послал?
– Ну так, государь наш.
– Феденька, – с сомнением в голосе проговорила она, – а ты здоров ли?
– И что, тебя из самой Москвы прислали, чтобы мы готовились царя встречать?
– Да нет, боярышня, государь тут неподалеку, в Кирилловском монастыре был на богомолье. А теперь, видать, отдохнуть хочет, да и решил к вам заехать.
