Звягин покосился на старинные часы с маятником и хмуро произнес:
— Личные. Свои. Туалетные принадлежности и прочее.
Через пять минут, стоя посреди комнаты с адидасовской сумкой в руке, надломленная и изнеможенная, как после тяжелой болезни, она безразлично кивнула:
— У вас на кухне что-то горит, — сказал Звягин и, поскольку она не отреагировала, сделал Юре знак выключить конфорки.
— Пойдемте, — проговорила Дранкова с затаенной решимостью.
— Письмо матери не хотите оставить?
— Напишите. Время есть, — Звягин опять глянул на часы. Минутная стрелка с тихим стуком передвинулась на половину второго, и басовитый бронзовый удар раскатился в тишине. И, словно подыгрывая в этой сцене, словно в дурной театральной драме, три раза коротко и резко прозвонил дверной звонок.
Девушка дернулась, как от удара тока, стала похожа на загнанного в смертельную ловушку зверька…
Звягин подобрался. «Стоять тихо!»
Распахнув дверь, он намертво заклещил руку посетителя и втащил его в квартиру.
— А вот и убийца, — с ледяной интонацией произнес он. — Позвольте представить: гражданин Федорков Владимир Александрович, милый Боб, мальчик-зонтик, как вы его звали.
Юра не узнал отца: в резких чертах обнажилась волчья беспощадность, глаза горели зеленым холодным огнем. На посеревшем лице вошедшего мгновенно проступил пот, как дождь на глине.
Федорков стоял, не понимая слов, — очень высокий худощавый блондин, дорого одетый; отчего-то он казался чахлым, слабосильным. Звягин чуть крепче сжал его кисть, повернул, и он, морщась, почти упал на подставленный стул.
— Володя, — еле слышно простонала Дранкова.
Тот посмотрел с тупой покорностью и помотал головой. Худыми нежными пальцами в зеленых жилках крутил и дергал золотой перстень.
— Он не виноват… Это все из-за меня…
Звягин стремительно нагнулся к нему, впился в зрачки:
— Согласен? Не виноват? Не виноват — иди!
— Они все знают… — сказала Дранкова, бросила сумку, отвернулась и привалилась к шкафу, упершись лбом в холодное стекло зеркала.
— Знаем, — согласился Звягин. — Знаем, что вы долго отшлифовывали свои планы, предусматривая все подробности. Даже ту, что несколько ограблений, когда замки квартир не повреждены, могут навести на мысль о едином почерке, об одном и том же воре. И через раз ковырялись железками в замках — специально чтоб оставить там следы, якобы не ключом открыто. Так?!! Что?!
— А поскольку в спецшколе учатся дети со всего города, то никому и в голову не придет связывать кражи в разных районах, когда одни замки нетронуты, а другие носят следы якобы отмычки, с одним и тем же человеком и одним и тем же местом. Так?
О первых трех ваших успешных походах рассказывать не буду, чтобы не повторяться. Вот показания вашей сообщницы.