Встреча с неожиданным поворотом на дороге приводит к натянутой драматической сцене между Игнатом и его возлюбленной, что ведет к шокирующей правде. Атмосфера напряженного ожидания и неопределенности создает волнующую ауру вокруг главных героев.
Запах секса теребил обоняние.
Диана окончательно потерялась. Она полностью вверила себя Игнату. Вручила себя ему. Он доминировал, поднимал её за бедра и опускал, толкался навстречу, задавая ритм, увеличивающийся с каждым толчком. Действительность смазалась, ушла на задний план.
Вторичный оргазм крыл сильнее, яростнее. Диана застонала в голос, выгнулась, едва ли не сползая с члена, но куда… Её держали. Она кончала, падая Игнату на грудь, тот толкался в неё яростно, входя полностью. Он кончил сразу за ней.
Обнимая и крепко прижимая к себе.
Глава 15
– Булат в оранжерее. Проводить?
Мирон скрестил руки на груди и с иронией посмотрел на друга.
– Сам дорогу найду, – огрызнулся Игнат, игнорируя взгляд Скифа.
Пусть веселится. Они все через это проходили.
– А то смотри… С почетным караулом пойдешь.
– Заткнись, а?
– В субботу с Лидой ждем тебя на ужин.
– Я помню, – кивнул Давиров, продолжая хмуриться.
И двинулся дальше по коридору. Игнат не сказал бы, что хорошо ориентировался в загородном доме Булата Валгарова. Был он здесь несколько раз. Но расположение на первом этаже запомнил.
Да и чего тут путаться? Дом как дом. Большой и такой же безликий, как и у многих богатых людей.
Ладно, может, и не безликий. Игнат сжал зубы, отчего послышался неприятный скрежет. Это у него сегодня снова хреновое настроение, и всё воспринимается через одно место. Что события, что люди. Всё не так, и всё не этак.
Юрист утром психанул и сказал, чтобы Давиров не звонил ему, пока не угомонится, не перестанет орать и будет готов к конструктивному диалогу. Игнат послал того далеко и надолго. Правда, через пару часов скинул текущие документы. Нечего расслабляться. За ту зарплату, что он получает, может и потерпеть дурное настроение начальника.
Дурное настроение преследовало Давирова последнюю неделю. Он работал двадцать пять часов в сутки и своих заставлял столько же работать.
Несколько раз ночевал в центре. Более того, спускался в бокс и ковырялся в машинах, чего не делал вечность. Миха стебался над ним знатно. И он был единственным, кому этот стеб прощал Давиров.
Работа с железками успокаивала.
Но не давала ему то, что требовалось.
Игнат сознательно себя выматывал. Это тоже злило. Потому что совсем недавно он проходил через нечто подобное.
