Я набрала воздуху, чтобы наорать на него, но тут он упал на меня сверху, вжав в грунт.
– Ты это чувствуешь? – спросил он.
– Да, – выдохнула я.
– Ты именно этого хочешь?
– В другой позиции...
– Я смогу контролировать. Ты слишком большой.
Он поднял меня за руку и развернул к себе лицом, падая наземь, и усадил меня на себя. Я запрокинула голову, сражаясь с собственным телом, сдерживаясь, но Аматеон сказал:
– Я хочу видеть твое лицо.
Я посмотрела ему в глаза и наконец увидела в них давно ожидаемое выражение. Темное желание, вожделение и нетерпение и еще... обладание. В его глазах светилось обладание, полная уверенность мужчины, что теперь ты уже не скажешь "нет". Что ты на этот миг, час или ночь принадлежишь ему.
Я смотрела в жар его глаз, не жар магии сидхе или волшебной страны, но вечной магии мужчины и женщины, того вечного танца, который действительно заставляет траву расти, бутоны – распускаться, зерно – наливаться соком. Все это было в его лице, та искра, которая дает начало всему.
– Аматеон... – зачарованно выдохнула я.
– Нет, все так. Все совершенно так, как надо.
И все было как надо, пока земля не начала меняться под моими коленями. Я опиралась на твердую поверхность, чтобы поддерживать ритм, но вдруг оказалось, что опора исчезла. Это был первый признак, что земля становится мягче. Аматеон начал погружаться в почву.
Я приостановилась в замешательстве, и он схватил меня за талию.
– Не останавливайся, о Богиня, не останавливайся!
Я перенесла основной упор с колен на бедра, напрягала мышцы бедер и живота, чтобы продолжать движение, пока земля уходила из-под нас. Теперь я двигалась изо всех сил, как можно быстрее, снова, и снова, и снова, пока его руки не впились мне в бока, а он не закричал:
– Мерри, посмотри на меня!
Я заглянула в его бешеные глаза за миг до того, как тело его выгнулось подо мной и все напряглось, за миг до того, как оргазм настиг и меня. Я боролась с собой, стараясь не отвести взгляда, не запрокинуть голову, не закрыть глаза, когда наслаждение залило меня, волнами тепла потекло по коже, и мы закричали одновременно. Я старалась, чтобы он видел мои безумные глаза, эту почти болезненную гримасу на женском лице. Я сделала все, что было в моих силах, но наконец сопротивляться оргазму стало невозможно, и я заорала в голос, запрокинув голову и закрыв глаза. Я кричала, а он вжимался в меня, и земля расступалась под нами, будто черные воды.
Потом я почувствовала, как он покидает мое тело, и тогда смогла открыть глаза и увидеть, что стою коленями на роскошном черноземе. Я потрогала землю, и она подалась под моими пальцами, черная и влажная.
Я оглядела долину – она вся, до самого горизонта, была черной и плодородной.