Бояться причинить вред моим сторонникам. Если королева не вобьет в них этот страх, мне придется придумать, как сделать это самой.
Тут раздался звон, словно ударили в огромный гонг.
– Что это? – спросила я.
Гонг зазвенел снова, не успело еще затихнуть эхо первого звука.
Холод снял нож с пояса:
– Чем ты занята, Мерри? Я из кожи вон лезу, пытаясь не дать Уолтерсу и другим полицейским побежать тебе на выручку. С Галеном что-то случилось? Мы слышали, как ты кричала его имя.
– Я тронут твоей заботой, – молвил Гален, не поднимая головы с моих колен.
– А, он в порядке, – хохотнул Рис.
– Тем не менее, на него напали, – сказала я.
– Парочка лордов и догадайся, чьи стражи?
– Дай-ка подумаю... Кела?
– С чего это он так взъелся на Галена?
– Это я и пытаюсь выяснить. Как продвигается сбор улик?
– Неплохо. Я приставил телохранителя к каждому человеку, как ты и велела. Мы уже знаем, как репортеру удалось пересечь поставленные нами магические преграды.
– Как? – спросила я.
– У него подошвы были подбиты железными гвоздями.
– Холодное железо... Он хорошо подготовился.
Отражение Риса пошло волнами: он кивнул.
– Да, он шел с расчетом подглядеть что-нибудь, не предназначенное для его взгляда.
– Это входит в должностные обязанности репортера.
– Да, пожалуй. – Рис тяжко вздохнул.
– В чем проблемы, Рис?
– Майор Уолтерс настаивает на личной встрече с тобой. Он подозревает, что отражение может быть иллюзией.
– Я сейчас немного занята. – Я бросила взгляд на пленников.
– Я догадываюсь, но если ты не появишься вскоре собственной персоной, он пойдет тебя искать. Таков краткий смысл его заявления.
– Я буду, как только смогу.
– Попытаюсь его успокоить. – Клинок внезапно опустел, в нем виднелось лишь мое искаженное отражение.
Я вернула клинок Холоду и посмотрела на пленников. Если бы я точно знала, что королева не будет против, я бы сделала что-нибудь весьма радикальное по меньшей мере с одним из лордов. Но Киеран был прав: королева не разбрасывается союзниками. На мой взгляд, Киеран под определение союзника не подходил, но Андаис могла думать иначе, и я не хотела лишний раз вызывать ее гнев. И все же ход мыслей Киерана означал, что Андаис теряет власть над знатью. Это было плохо, потому что моего политического веса не хватило бы отстоять мое право на трон, хоть я и принадлежу к правящей династии. А если Андаис свергнут и трон займет узурпатор, он будет расценивать меня как угрозу.
До меня донеслись слова Хафвин с чуть заметной ноткой злости:
– Дай мне осмотреть твою рану, Айслинг.
– Я не решаюсь открыть свое тело больше, чем сейчас.
– Я целитель. На нас не действуют практически никакие контактные чары. Иначе мы не могли бы лечить сидхе.
Айслинг упорно закрывал белым плащом окровавленный перед туники.