Теперь мне интересно, что из этого правда и что – преувеличения, предназначенные посеять вражду между мной, моими союзниками и тобой.
– Я не смогу судить, пока не узнаю, что тебе сказали, тетя Андаис.
– Мы в тронном зале, Мередит, титулуй меня как должно.
– Моя королева... – Я наклонила голову, чтобы она не видела моего лица. Это требование ничего хорошего не предвещало. Совсем ничего.
– Кольцо выбрало пару среди стражей? – Ее голос был ну очень спокойным.
Я порадовалась, что смотрю в пол, потому что с тех пор так много всего случилось, что я почти забыла о Никке и Бидди. Убийства, метафизика, Богиня, чаша, исчезновение Аматеона, нападение на Галена, пророчество Кела о зеленом человеке, лорды, ждавшие за дверьми, так много – а она начала с этого. Почему?
– Да, ваше величество, кольцо выбрало пару.
Придворные, сидевшие в креслах по обеим сторонам зала, взволнованно зашептались.
– Опиши, что произошло.
Я повиновалась. Я рассказала о призрачном младенце и о том, что я видела и чувствовала. Кто-то воскликнул:
– Кольцо снова живет!
Андаис смерила неосторожного взглядом:
– У тебя есть что добавить к беседе, лорд Лери?
– Только что это, без сомнения, прекрасная новость.
– Я буду решать, что называть хорошей новостью.
Лорд Лери поклонился:
– Как велит королева.
Она вновь обратила внимание ко мне.
– Кольцо ожило спустя столетия. Оно выбрало плодовитую пару, а ты не считать, что мне стоит об этом знать!
– С тех пор, как кольцо их выбрало, случилось множество событий, ваше величество. Я думала, что мне важнее найти убийцу или убийц.
– Здесь я решаю, что важнее, а не ты. – Она поднялась. – Я еще королева!
Я упала на оба колена, и Гален сделал то же самое.
– Я никогда не подвергала это сомнению.
– Лгунья, – прошипела она, и от этого единственного слова по залу заметалось эхо.
Да, дело было по-настоящему худо.
– Чем я вызвала твой гнев, королева Андаис? Скажи мне, и я сделаю все, что могу, чтобы загладить вину. – Я не поднимала головы, неотрывно глядя на отдраенный каменный пол. Я не доверяла своему лицу. Страх мог ее возбудить, а недоумение – разозлить. У меня не находилось выражения, которое я не побоялась бы ей показать.
– Мистраль! Подойди ко мне, капитан моих стражей.
Он встал с колен и повиновался приказу. Я смотрела, как он поднимается по ступеням к трону. Он вскрикнул скорее от неожиданности, чем от боли, когда она вцепилась рукой в его густые темно-серые волосы и дернула, вынуждая стать на колени.
– Ты занималась с ним сексом?
Я попыталась найти подвох в вопросе и не смогла. Я ответила честно:
Она отпустила его так резко, что он чуть не покатился вниз по ступеням, но успел подставить руку и застыл в неловкой позе, роскошные волосы почти скрыли лицо.