Автор
В темном зале магазина необычайного шока, хмурый громилы осматривает девушку, ее реакцию вызывает такой же тяжеловесный и диктующийся внешний вид. Вопросительные взгляды встречаются между ними, создавая напряженную атмосферу.
Похоже, «Принадлежать им» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И, судя по тому, что я сейчас вижу, не из дешевых.
Это значит то, что я думаю, да?
Но откуда у него деньги?
Заработал?
Может, та подработка, о которой он намекал неделю назад, оказалась чем-то реально стоящим? Может, его на хорошую работу взяли? Тогда понятно, почему сразу активизировался! Мы говорили о том, что, как только встанем на ноги, сразу поженимся… Конечно, новая работа — это еще не встали на ноги, но… Но уже очень-очень близко!
Я сдерживаю радостную улыбку, решительно захожу в здание, чуть-чуть теряюсь в просторном холле, не понимая, куда идти.
Черт, не была никогда здесь, понятия не имею, что и как. Дикарка, ей-богу!
К счастью, любезная девушка на ресепшен меня ориентирует, показывает, где панорамный лифт.
И через пару минут я уже выхожу на верхнем этаже, где находится ресторан с стеклянной крышей.
Ого…
Ничего себе.
— Вас ожидают? — спрашивает у меня хостес.
— Да… Столик на имя Васильева…
— Прошу за мной.
Я иду следом за высокой, строго одетой девушкой и нервно поправляю пояс платья.
И кажется, что все вокруг видят это. И удивляются, какого черта я тут забыла.
Хостес идет дальше, открывает передо мной дверь в отдельный кабинет.
Ого.
Вип?
Роскошная обстановка, одна стена — полностью стеклянная, чтоб гости могли любоваться видом на город.
Я вижу Костика, сидящего ко входу спиной, а через мгновение понимаю, что он — не один. С ним в випе еще двое мужчин, причем, судя по виду, значительно старше его.
Это что еще такое?"
"Накрывает понимание, что я неправильно истолковала мотивы Костика. Явно он мне предложение не планирует делать при посторонних. Только если это — не музыканты какие-нибудь. Хотя, вряд ли… На музыкантов сидящие и молча рассматривающие меня мужчины похожи меньше всего.
Я мельком отмечаю тяжелые взгляды и крепкие фигуры, после чего переключаюсь на поднявшегося ко мне жениха.
И вскрикиваю от ужаса: половина лица у Костика заклеена пластырями! Одного глаза не видно, а второй, с огромной гематомой под ним, заплыл и слезится.
— Что с тобой? — позабыв о посторонних, я торопливо иду к Костику, — ты опять дрался?
— Эм-м-м… Малыш… Ничего страшного… — говорит он с трудом, словно кашу во рту жует, и мне становится еще страшней.
