Он улыбнулся уголком губ и, глядя ей прямо в глаза, обхватил губами сосок и провел по нему кончиком языка. Аврора задрожала от этого страстного прикосновения и, зарывшись пальцами в шелковистые волосы мужа, невольно прижала его к себе. Едва слышные стоны срывались с ее губ, пока он продолжал целовать грудь, а рукой скользил по бедру, задирая ткань сорочки.
– Рэй, – шептала она, млея под умелыми ласками мужа, словно восковая свеча на солнце. Его настойчивые поцелуи мощной волной унесли все тягостные горькие мысли далеко-далеко – прямо в бескрайний океан ее подсознания. Она не могла думать ни о чем другом, ни о ком другом, кроме Рэндалла, его мягких губ и умелых рук.
Рэндалл оторвался от ее груди и начал поцелуями и укусами прокладывать влажную дорожку от плеча к ее шее, скулам и, наконец, добрался до истосковавшихся по нему губ. Этот поцелуй отличался ото всех. Он был глубоким, долгим и непередаваемо чувственным.
Аврора ласково провела ладонью по его шее и твердой груди, чувствуя сумасшедший стук его сердца и ощущая кончиками пальцев пульсирующие вены, что выделялись на тонкой бледной коже. Между ними струилась сама жизнь, и Аврора чувствовала ее пьянящий вкус через поцелуи и объятия Рэндалла.
Когда Аврора наконец-то избавилась от робости, он раздвинул ее бедра и устроился между ними, задирая сорочку и полностью обнажая ноги. Ее живот едва прикрывал узкий лоскут ткани, и Аврора поразилась своему желанию полностью избавиться от остатков одежды, чтобы тело мужа каждым миллиметром своей кожи прикасалось к ней. Она больше не боялась. Уверенность, что Рэндалл не нарушит своего обещания, прогнала все страхи, и теперь Аврора могла всецело насладиться трепетными ласками. Он исследовал губами ее тело, целовал, покусывал и облизывал кожу, заставляя дрожать от наслаждения.
Ей казалось, что за эту ночь она познала все грани удовольствия, но следующая волна накрыла ее с небывалой силой, когда Рэндалл прижался к ней так, что она отчетливо ощутила его возбуждение. Он двинулся тазом ей навстречу и замер в ожидании ее согласия на эту мучительно сладостную ласку.
Аврора судорожно ловила ртом воздух. Внутри бушевало пламя. Она совершенно лишилась рассудка от желания, и в ее голове пронеслась безумная мысль – стянуть с Рэндалла штаны, чтобы сполна почувствовать тепло его кожи на своей. Аврора приподнялась на локтях и нежно прикусила его нижнюю губу, давая понять, что она готова разрушить очередную стену между ними. Губы Рэндалла растянулись в улыбке, и в следующий миг он повалил ее на подушки, заведя руки за голову и переплетая их пальцы.
– Я хочу тебя, Аврора. Так сильно хочу, – низким, охрипшим от страсти голосом произнес он и медленно вжался в нее.
С их губ одновременно сорвался тихий стон.