Нежный, хрупкий цветок с беззащитными бутончиками источал сводящий с ума дурманящий запах. Если слушать этот аромат слишком долго, можно опьянеть. Если находиться рядом с ней слишком долго, можно сойти с ума.
Он повернулся к Анне и в тусклом свете луны заметил, как по ее щекам текут слезы.
– Неужели все это время ты думала, что музыку для тебя писал Уилл? У него ведь на ушах медведи толпой станцевали деревенские танцы. – Он горько усмехнулся и присел на лавку.
Она тут же вскочила и отошла от него на несколько шагов.
– Зачем ты присылал письма? Зачем позвал в сад за день до моей свадьбы? Зачем, Тристан? – С каждым следующим вопросом ее голос становился все громче и надломленней.
Тристан не мог смотреть на нее. Он уже и сам пожалел, что оставил то проклятое послание. С какого рожна он все это затеял? Лучше бы снова напился и заглушил душевную боль в объятиях очередной проходимки, чье имя и лицо не вспомнил бы наутро. Ведь все другие воспоминания вытесняло только одно лицо.
– Мне было скучно, – небрежно сказал он, мысленно проклиная себя за это.
Анна отшатнулась, всхлипнула и, развернувшись, побежала в сторону замка. Тристан выругался и рванул за ней. Догнав девушку, он схватил ее за руку.
– Отпусти меня сейчас же, – воскликнула она и попыталась высвободиться.
– Не могу!
– Почему?
Тристан рвано выдохнул и сам отпустил ее.
– А ты не понимаешь? – спросил он с горечью и тоской в голосе.
Анна покачала головой, и по ее щекам градом потекли новые слезы.
Даже в тусклом свете луны Тристан видел в ее глазах ту же боль, что заполняла его сердце. Боль, которую ей причинял он.
Однажды он мог сделать ее счастливой… Но вместо этого заставлял страдать. И тогда, и сейчас.
– Я тебе не верю, – прошептала она в ответ на его безмолвные признания, которые он не мог произнести вслух.
– Твое право, Анна. Но это правда.
– Нет. Ты говорил, что я для тебя очередная игрушка. Ты сам меня в этом убедил! – выкрикнула она и отошла назад, продолжая упрямо качать головой.
– Я соврал. Те несколько дней, что мы провели вместе, не были игрой. Это были лучшие мгновения моей жизни. Особенно наш поцелуй.
– Он был ошибкой, принц Тристан. Мне очень жаль. – Анна хотела развернуться и уйти, но Тристан снова схватил ее за локоть. – Не трогай меня!
Лимит терпения и благоразумия был исчерпан. Тристан знал, что потом пожалеет об этом, но более не мог сдерживаться. Он притянул Анну к себе и обнял за талию. Она пыталась сопротивляться, но эти попытки были слишком неубедительными."
"– Ошибка? Поэтому ты так упорно избегала меня, когда я гостил в Ардене? Поэтому боялась смотреть в глаза? И робела, когда я заговаривал с тобой?
– Да! Потому что мне было стыдно за тот поступок. Отпусти меня, или я закричу.