Автор
В глубоких закоулках мрачной крепости, где солнечный свет лишь на миг прорывался сквозь толщу теней, Нияна бушевала в ярости. Братцы её ухмылялись, как бы издеваясь над ненавистью в глазах подруги, и Ниалона чувствовала, что падает в бездну гнева вместе с темницей, где она застряла....
Очередное погружение в нирвану от осторожных движений и массажа головы, краем сознания отметила, что шум в ванной стих. Ну а затем меня транспортировали в вожделенную комнатку, погрузили в теплую воду… Расслабленно лежа в ванной, опираясь спиной на Йена и устроив ноги на Оллере, я вдруг отчетливо поняла, что счастлива. Даже без всяких обрядов и точных определений моего статуса. И хотя никаких попыток снова разбудить во мне страсть братья не предпринимали – подозреваю, переживая за мое хрупкое здоровье, хотя оно оказалось не таким уж хрупким, как думали, – маленькие нежности они все же себе позволили.
Кажется, я чуть не задремала, кайфуя на своей волне, и как меня извлекали из воды, вытирали и возвращали обратно на кровать, помню смутно, если честно. Тело требовало заслуженного отдыха, и, судя по тому, как заботливо кто-то из братьев укрывал, они тоже так считали, даже если и хотели чего-то еще этой ночью. У нас будет много ночей, и вечеров, и дней, и, думаю, в ближайшее время меня ждет достаточно волнующих открытий без всякой Камасутры.
Оллер
Лохматая головка уютно устроилась у меня на плече, Эрианор дрыхла без задних ног, одна из которых как раз была закинута на меня. Рука разноцветной лежала поперек моей груди, рот приоткрыт, а личико такое умиротворенное, что будить откровенно жаль.
