Автор
Принцесса для киллера — это острый дебют, где сильная женщина впервые оказывается на месте злодея. В центре внимания — ее собственная жертва, который она вынуждена убить ради спасения другого человека. Тема беспринципной жестокости и стремление защищать тех, кого раньше считала своими. Атмосфера книги окутывает холодным пледом, на котором мерцает зловещая искра жизни и смерти, когда каждый шаг становится решением жизни или смерти....
Внимание и бдительность гасила пустым трепом с девками. Не просто так ведь выбешивала. Все заранее продумала и провернула.
– Зараза рыжая, так и тянет наказать со всем пылом.
Иду вдоль бутиков, рыщу взглядом и застываю как вкопанный.
Нашел все-таки. Не повезло Машеньке. Слишком быстро. Не успел остыть."
"Выхватываю рыжую девчонку. Висит на задохлике каком-то и во всю сосется. С молокососом каким-то зализанным. Дохляк свою граблю от волос шелковых отлепляет и за задницу в себя Машу вжимает.
Кровавая пелена перед глазами. Сжимаю кулаки.
– Ты в людном месте, Фил, – напоминаю себе.
Действует слабо. Вдруг кажется, что меня пулями решетят. Боль под ребрами. Не хочу задумываться о том, что именно сейчас чувствую.
В пару прыжков подлетаю к парочке и девчонку отлепляю от пидора мелкотного.
В глаза малахитовые Машины смотрю, темные, одурманенные поволокой страсти.
Твою мать!
У меня в штанах все простреливает.
Хочу ее. Моя ведьма.
Смотрю на нее и помутнение длится ровно секунду. Чертовски долго. Непозволительно для меня.
Как только осмысленность возвращается, и Маша понимает, кто перед ней, от желания во взгляде ничего не остается.
Сглатывает и глаза широко распахивает. Губку нижнюю прикусывает, а мне хочется салфеткой ей рот от чужих слюней протереть, вымыть с мылом, а пацана ее втоптать в блестящий пол торгового центра, причем гасить конкретно.
Не знаю, что видит в моем лице лисичка, но в ужасе замирает, дрожит вся. Под пальцами чувствую, как кожа покрывается гусиными точками, знобит ее.
Бледнеет на глазах. В лице ни кровинки не остается…
Пальцы сильней вонзаются в нежные предплечья. Сделать с собой ничего не могу. Хочется ее встряхнуть хорошенько, чтобы дурь из головы рыжей выбить и прибить к себе до хруста костей.
– Ох… – всхлипом слетает с алых губ на грани слышимости, но я улавливаю.
Отпускаю ее. Отшатываюсь, словно удар схлопотал. Не предполагал, что меня так разрешетит от страха в изумрудных глазах…
Смотрю на красавицу, безошибочно определяю ее запах. Даже сейчас в потоке огромного торгового центра, среди толпы и звуков, я чувствую себя оглушенным ею.
