Принцесса на одну ночь шагнула за порог замка, где ожидает её последний и могучий бал перед свадьбой с принцем из чужой династии. Она чувствует себя как раздраженный пирог — растерянно посмотрела в толпу, но не двинулась с места. Чарующая атмосфера замка укусила её за хвост, будто призрак на цепи, нежданный гость под стенами величественного дворца....
Нужно ли говорить, сколь роскошным был парк королевского дворца в этот день, и какие изумительные блюда подавали на праздничном ужине? Но даже если бы я захотела, я не смогла бы всё это описать. Я думала только о том, что должно было случиться после.
Я почти ничего не ела и едва понимала, что лежало передо мной на тарелках. А вот пила я на удивление много (хотя бабушка накануне строго внушала мне, что на свадебном пире молодоженам пить как раз не полагается). Нет, я не чувствовала и вкуса вина, но оно хотя бы помогало мне хоть немного сбросить тревогу.
Но когда церемониймейстер стукнул посохом о дубовый паркет парадного зала, я вздрогнула.
Ну, вот и всё. Для нас с Лэнсом пир закончен. А для меня, быть может, и не только пир.
— Ваше высочество, пора! — склонилась к моему уху сидевшая рядом Бланш.
Я не сразу поняла, что она обратилась ко мне — слишком непривычно было слышать «ваше высочество» в свой адрес.
Мне было неловко от обращенных на меня пытливых взглядов.
А вот я ответ на этот вопрос знала точно — нет, я не стану. Даже если переживу эту ночь. Даже если принц решит-таки, что он обязан исполнить свой супружеский долг.
Я откажу ему в этом, и если в нём есть хоть малая толика чести, настаивать он не станет.
Всё было бы совсем по-другому, если бы он на самом деле меня любил. Тогда он не принял бы от меня эту жертву, и этой свадьбы не было бы вовсе.
Но он не воспротивился ей, не пожелал меня спасти. А значит, все мои глупые надежды и светлые чувства были напрасны. Он любил не меня, а Ану — сейчас я понимала это отчётливей, чем когда бы то ни было. А если и сказал ей о любви ко мне, то, наверно, лишь для того, чтобы вызвать ее ревность.
Впрочем, сейчас не стоило об этом думать.
"Я попыталась улыбнуться. Да, вот так! Девушки из рода де Лакруа отнюдь не лишены храбрости!
Мы поднялись из-за стола, и я положила руку на локоть принца.
По залу пронеслось:
— Да здравствует принц Лорэнс! Да здравствует принцесса Маргарита!
Моя улыбка стала шире. Эта толпа стервятников не дождется от меня слёз.
Так — рука об руку — мы и прошли от стола до дверей. Церемониймейстер сопровождал нас до самой спальни.
Но даже там мы не остались одни.
