В глубинках мира оборотней единственной магией стала его чрезмерная сила. А принцесса, ставшая обучаемой студенткой боевой академии, не только открыла ему истинный смысл своего дара — он был тьмой, а не проклятием. Здесь каждое слово подчеркивает опасность и таинственность этого места, где духи скрывают свои магические способности....
— Отпусти мою руку! — прохрипел я, пытаясь не шевелить пальцем, лежащим на выпирающем соске.
Аринель не ответила, слегка облизав губы, заставляя меня сглотнуть и прикрыть глаза.
— Рина! Что ты делаешь! — я старался её вразумить, но девушка не желала меня слушать. — Первый раз будет больно, — произнёс я тихо, открывая глаза и замечая её легкий испуг во взгляде.
— Пусть! — было мне ответом.
Чуть сжал её грудь, потирая пальцем торчащий сосочек — бусинку. Притянул Аринель к себе и нежно коснулся её губ. Девушка не сопротивлялась, обнимая меня за талию и прижимаясь всем телом.
Подхватив её под попу, заставляя обнять себя ногами, понес в сторону письменного стола, который был восстановлен тьмой после его разрушения. Смахнув с него бумаги и прочую ерунду, усадил мою девочку, вновь припадая к сладким губам.
Придвинулся чуть ближе и уперся членом к влажному местечку Аринель, вырывая сквозь поцелуй её стон. Не мог уже остановиться, освобождая одну ее грудь из корсета платья и втягивая сосок в рот.
— А-а-х! — донеслось до моего слуха и я принялся активно его посасывать, одновременно скользя рукой по внутренней стороне бедра девушки.
Поняв дальнейшие мои действия, Рина расставила ноги немного шире, предоставляя полный доступ к своему телу, полностью доверяя. Её пальчики зарылись мне в волосы, сильнее притягивая к девичьей груди.
Когда мои пальцы коснулись мокрого кружева трусиков, то девушка вздрогнула, но тут же подалась вперед, навстречу моей руке. Оторвавшись от её соска, снова смял чуть припухшие губы и только хотел скользнуть пальцем под край маленьких трусиков, как почувствовал на своем члене неуверенное касание руки Аринель.
— М-м-м! Рина! Не надо, прошу! — прохрипел я, отрываясь от сладких губ и пытаясь убрать ее руку с возбужденной до предела плоти, но был наглым образом тут же притянут обратно.
Меня не послушали, так и оставляя руку на каменном члене. Хорошо, что она не шевелила ей, а просто держала, без движения. Стараясь хоть как-то восстановить своё самообладание, провел большим пальцем по мокрым трусикам и услышал жалобный всхлип.
