Автор
В полудремы я прислушивалась к тихому разговору в соседней комнате, когда внезапно пришло осознание: за мной скрывается важное сообщение. Закусив губу, я медленно поднялась, чувствуя, как сердце набирает ритм — звонок был настолько знакомым и тревожным.
— А чего мне беспокоиться?! — поразился Хрыкин. — Это вы должны беспокоиться! Ну, и Галушка с Вовком. Если со мной что-нибудь случится, никто из вас денег не получит.
— А разве не Погорельцов распоряжается твоими финансами? — спросила я как можно более равнодушным тоном. — Мне говорили, что ты без его согласия даже пачку сигарет не можешь купить.
Хрыкин насупился и недовольно ответил:
— Это раньше так было. Начиная с этих гастролей все будет по-другому — так, как я скажу!
— Вот он где! — раздался у меня за спиной визгливый голос Арчирова.
Я обернулась. На пороге, в позе быка перед тореадором во время корриды, стоял директор «Овации-95» Илья Семенович Арчиров.
— О, Конек-горбунок появился, — насмешливо проговорил Хрыкин. — Чего случилось-то?
— Как это — «чего случилось»?! — истошно завопил Арчиров.
— Ничего он со мной не сделает, — спокойно ответил Хрыкин. — Ты лучше о себе побеспокойся. Напомнить, что с тобой твои хозяева сделают, если узнают о твоих аферах?
Арчиров икнул, но ничего не ответил. Видимо, Хрыкин что-то знал о его махинациях, и угроза рассказать об этом основателям агентства отнюдь не была пустой фразой.
Видимо сообразив, что сболтнул лишнее, Хрыкин тоже примолк и покосился на меня. Пришлось сделать вид, что мне их разговоры совершенно неинтересны. Арчиров судорожно сглотнул и пообещал:
— После поговорим об этом, звезда пленительного счастья!
— Что? Ты мне угрожаешь, боров толстый?! — вскинулся Хрыкин.
Не знаю, чем бы закончилась эта перепалка, если бы не появился Погорельцов. Увидев Макса, он на мгновение опешил. Но — только на мгновение.
— Где ты мотался? — строго спросил он. — Хотя, ладно, поговорим об этом позже. Немедленно переодевайся и готовься к выходу на сцену! А с вами, Евгения Максимовна, мне необходимо переговорить сейчас же.
