У них было болезненно развито чувство долга, что служило источником значительных эмоциональных страданий в связи с развившимся заболеванием, которое общественность рассматривает как моральную распущенность. В школе эти больные учились хорошо и нередко были гордостью школы. Кроме учебы они занимались общественной работой, хотя лидерами в своей возрастной группе никогда не были. Каких-либо проблем у учителей или родителей с ними не было. По своему психологическому складу все они относились к интровертам, а по жизненным планам – к лицам производственной ориентации в варианте исполнителя. Учителя и родители возлагали на них большие надежды, да и сами они ждали от себя многого.
Учеба в институте также шла успешно, но уже в эти годы у них стали возникать проблемы любовного плана. Дело в том, что у них были завышенные требования к будущему спутнику жизни, но, погруженные в учебу, они не приобретали опыта ухаживания. А из-за робости не могли добиться взаимности тех, кто им нравился. Чаще общались с теми, которым нравились сами. Здесь они могли быть раскованными и даже дерзкими. Эти отношения они считали временными, но затем нередко с этими лицами создавали семью, оставаясь внутренне неудовлетворенными и то и дело вспоминая недостижимый для них идеал, что, впрочем, некоторое время не мешало успешному социальному функционированию и внешне благополучной семейной жизни. В общем, благодаря защитным механизмам на субъективном уровне они были удовлетворены своей жизнью, не осознавая, что сидят на пороховой бочке.
Внутренние душевные волнения у них начинались обычно тогда, когда выяснялось, что их ожидание блестящей карьеры, которая сопровождалась бы признанием, продвижением по должности и укреплением материального положения, не оправдалось. Если же они достигали достаточно высокого положения, то и они сами, и окружающие понимали, что по своим способностям и талантам они заслуживают и могли бы достигнуть гораздо большего.
Кроме того, они переставали быть объектами почитания со стороны старших, каковыми являлись во время учебы. А со сверстниками у них отношения всегда были натянутыми в силу их интровертированности, которая воспринималась как высокомерие, и в силу того, что преподаватели их противопоставляли плохим учащимся и студентам. Последние, ранее считавшиеся бесперспективными и разгильдяями, в это время начинали обходить их по должности, что являлось дополнительным источником нравственных мучений.
Некоторые из моих пациентов меняли профессиональную ориентацию. Один хирург стал патологоанатомом, затем терапевтом, а впоследствии психологом и действительно добился успеха. Тут и настигла его наркоманическая любовь.