Хотя до жути хочется просунуть пальцы в трусики и сбросить это адское напряжение, которое сковало все мое тело.
Но вместо этого я встаю и шатающейся походкой ковыляю к своему рюкзаку. Снимаю мокрые — очень мокрые — трусики и надеваю сухие. Хотя, мне кажется, это как мертвому припарка. Теперь каждый раз, когда я буду видеть Артура, белье снова будет намокать.
Потому что я не могу выбросить из головы низкий, бархатный голос и обещание, которое он в себе таит. А еще слова, которые, кажется, уже несутся по моей кровеносной системе.
Мне до жути страшно выходить из палатки и сталкиваться с Артуром взглядами. Это не стыд, нет. Это… долбаная жажда! Теперь я хочу попробовать все то, о чем он говорил! Не с каким-то левым чуваком, понятное дело. С ним. Потому что именно рядом с Артуром я ощущаю безопасность и верю в то, что он не причинит мне вреда.
К счастью, возле нашей палатки собралось несколько байкеров со своими девушками, и Артур стоит в этой компании, болтая с мужчинами. Бросив на меня взгляд, он закрывает нашу палатку на замок, а потом берет меня за руку, и мы все вместе идем на концерт.
Моя ладошка потеет, я постоянно бросаю взгляды на Артура, но он на меня почти не смотрит. А если смотрит, то эти взгляды ничего не выражают.
Неужели для него ничего не значило произошедшее в палатке, черт подери?!
Я одна тут заведена по максимуму? Одна рискую взлететь в космос от возбуждения?
Когда к нашей компании присоединяются мои друзья, становится немного легче.
А потом начинается концерт, и я совсем расслабляюсь. Но ровно до того момента, пока небо не прошивают молнии, и гром не вторит ударным музыкантов. Вскрикнув, вжимаюсь в стоящего позади Артура, а его рука накрывает мой живот. Слишком низко для невинного жеста. Но недостаточно, чтобы я взлетела на вершину.
Замираю. Поворачиваю голову и сталкиваюсь с бешеным взглядом Артура.
А когда нам на головы падают первые крупные капли дождя, сближаю наши лица.
Как будто нечто особенное витает в воздухе, отчего я не могу собраться с мыслями. В них туман и желание. Настолько мощное, что ему тяжело противиться.
Я чувствую теплое дыхание Артура на своих губах. Ощущаю аромат его сигарет, но он странным образом не отталкивает меня.
Сглотнув, облизываю губы.
— Ты не хочешь этого делать, — произносит Артур негромко, но я слышу его низкий голос даже за грохотом басов и ударных, доносящихся со сцены.
— Хочу, — шепчу и наконец сокращаю расстояние между нами.
Прижимаюсь к его рту и замираю на пару мгновений.