Я ничего не понимала в выращивании овощей без химикатов, но если мальчикам интересно, пусть возятся над этим с отцом.
Я не люблю охоту, но пусть охотятся с Чарльзом.
Я не люблю философию, во всяком случае Юнга и Ван дер Поста. Но если мальчики что-то в этом поймут, пусть дружат даже с Лоуренсом Ван дер Постом. Хотя вот этого они сделать не смогут, обожаемый Чарльзом наставник не так давно скончался. Но если бы и дружили, я не против, это их право, у мальчиков всегда должен быть выбор, моя нелюбовь не должна мешать их общению с кем-то. Нетрудно догадаться, что я категорически против общения только с одним человеком – с Камиллой, не только разрушившей наш брак, но и сломавшей всю мою жизнь.
Однако боюсь, что и это придется вытерпеть, теперь Чарльз с Камиллой уже неразлучен (подозреваю, что ей некуда деваться, теперь она будет просто вынуждена висеть на его шее, вцепившись намертво, после всех скандалов она совсем никому не нужна). Кто, кроме Чарльза, станет содержать потрепанную любовницу с такой внешностью, кому, кроме него, еще нужна обвислая грудь, в которую можно уткнуться?
А Чарльзу нужна, потому мальчики будут вынуждены терпеть тетю-ротвейлера рядом с отцом. Но тут я бессильна.
Мальчики остались в королевском семействе. Я не могу, не имею права, да и не хочу лишать их возможности быть принцами, наследниками престола. И общения с королевской семьей тоже лишать не стала бы, даже имей такую возможность. Они должны общаться с бабушкой и дедушкой, с остальными родственниками, об отце и говорить не стоит.
У королевской семьи возможностей несоизмеримо больше. Что я могу предложить своим мальчикам – скучный Кенсингтонский дворец или возможность погостить в имениях моих приятелей? Но я прекрасно понимаю, что вокруг будет толпа журналистов, станут заглядывать в рот, ловя каждое слово, пытаясь что-то пронюхать, запечатлеть, опубликовать… У меня нет имения, в котором я могла бы спрятать сыновей от вездесущих камер, я не могу дать им то, что может дать королевская семья.
Принцам нужен покой, это раньше Гарри мог кидаться снежками в любопытных фотографов, сейчас даже он раздражается, когда их слишком много. Никакие просьбы оставить в покое моих детей не помогают.
В Хайгроуве и Балморале такая возможность есть. Это охраняемые спецслужбами резиденции, где принцы к тому же чувствуют себя хозяевами. И как бы я ни ревновала (а временами ревную просто безумно!), я вынуждена соглашаться с частым пребыванием Уильяма и Гарри у отца и бабушки. Я не хочу, чтобы мои мальчики оказались заложниками разногласий родителей, слишком хорошо помню свои переживания в такой же период.