А сейчас сходила с ума, поддаваясь искушению, подчиняясь твердым горячим губам и тяжести мужского тела, пальцами сжав металлический рейлинг, вмонтированный в стену.
– Говорит капитан корабля Эр Фаргус, – раздалось из динамиков. – Мы входим в пояс астероидов. Вся энергия перенаправлена на защитные экраны. Ожидаемое время прохождения: один час семь минут. Приносим извинения за неудобства и рекомендуем не покидать каюты и капсулы. Пассажирам четвертого класса надлежит активировать защитные ремни.
– По-моему, – отрываясь от поцелуя и касаясь моих губ почти невесомо, произнес Фортем, – это намек. Темнота – друг молодежи.
– Вы уже не молодежь.
– А вот теперь я обиделся.
Но меня выпустили на свободу, и первый вдох полной грудью отозвался головокружением.
В капсуле не было даже аварийного освещения, царила кромешная тьма. Фортем достал из кармана куртки эмирт, и он слабо осветил помещение.
– Энергии совсем нет? – спросила я, втайне радуясь тому, что мое пылающее лицо сейчас скрыто.
– Только жизненно необходимая. В коридорах работают автономные лампы на аккумуляторах.
– Тоже на запасе энергии. На час должно хватить. Не волнуйся, такое часто бывает. Астероидные скопления, космический мусор, какой-нибудь звездный ветер и еще миллион странных явлений глубокого космоса. Давай лучше позавтракаем.
– Как? – Я хмыкнула. – Если нет энергии, столовая не работает. И всем рекомендовали не выходить из капсул.
– Вот и радуйся, что я такой предусмотрительный.
Следующие несколько минут Фортем занимался реорганизацией жизненного пространства. Причем делал это с помощью банальной грубой силы. Из ниши в дверях капсулы достал столик, а из стен с грохотом вытащил две панели, похожие на спинки кресел. Они ими и оказались, к слову: спинки, чтобы можно было сесть на койке напротив небольшого столика.
– Прямо поезд на железной дороге, – хмыкнула я.
Тут же обнаружился и источник сладкого запаха. Свежие темно-красные булочки с белоснежной сладкой посыпкой были еще горячими. Горячий напиток на травах немного остыл, но специальные кружки уже подогревали его до нужной температуры.
Черт, пока я рассматривала завтрак, Фортем снова оказался слишком близко. Но на этот раз губы коснулись шеи. Горячие, сухие и едва осязаемые поцелуи отзывались внутри дрожью. Слишком чувствительная кожа и натянутые нервы превращали нехитрую ласку в настоящую пытку.
– Хватит, ну пожалуйста! – задыхаясь, простонала я.
– Тогда скажи, что я тебе нужен, и я остановлюсь.
