– Есть два варианта, – заметив, что я успокоилась, произнес Динар, – вариант первый – ты принимаешь посла, вариант второй – сопровождаешь меня в Далларию.
Я хмуро посмотрела на медноволосого. Что он с первого дня возвращения контролировал и Готмир, и Далларию, я знала, ведь гонцы с письмами мелькали в Ирани в любое время суток, и мне оставалось лишь завидовать черной завистью, поражаясь его работоспособности…
– Чем вызвана подобная спешка? – поинтересовалась я, понимая, что отнюдь не рыцарское стремление спасти меня вынуждает его вернуться на родину.
– Возникли… трудности в понимании некоторыми из горных кланов статуса… правителя, – нехотя ответил рыжий.
М-м, бунт в родном государстве. Учитывая взрывоопасные нравы горных, ничего удивительного.
– Всегда мечтала осмотреть новые территориальные приобретения Оитлона, – съязвила я.
– Решено, – Динар скрестил руки на груди, словно подчеркнув разом ширину своих плеч… так, кажется, опять любуюсь природой, – теперь поясни, что такого ужасного в либерийцах?
Меня передернуло от отвращения, но пришлось пояснить:
– Запах – он валит с ног в буквальном смысле, они считают, что смывать грязь – это… значит смывать благословение предков, ибо все наши тела обратятся в грязь. Но это не самое отвратительное, касеро Оверх убежден, что он тень бога в Рассветном мире, и даже мы, короли Оитлона, вынуждены кланяться, входя в его тиопи!
Динар задумчиво смотрел на меня, потом все же спросил:
– Они настолько сильны?
Да, действительно, хороший вопрос.
– Они настолько неуловимы, – призналась я, – Оитлон воевал с Либерией дважды, и оба раза наши послы ползли, в буквальном смысле, с просьбой о мире.
– Так уж и ползли? – недоверчиво переспросил медноволосый.
– Ха, – я снова прислонилась к колонне, – первый раз ползти отказались, так степняки им сухожилия на ногах перерезали! Ненавижу! Но самое… печальное, что именно это и есть своеобразная месть папочки, который, видимо, пытается переубедить меня, показав, что такое степняки! Вот только он путает степняков и орков, орки не в пример чистоплотнее, благороднее и… лучше!
Динар продолжал задумчиво смотреть на меня, затем неожиданно злорадно ухмыльнулся:
– Речь о племенах Сахи?
– Да, – я тяжело вздохнула, – Либерия затрагивает наши границы, и через нее идут основные торговые пути, так что сам понимаешь, мы вынуждены танцевать перед ними на задних лапках!
После хитрой усмешки последовало интригующее:
– Сделаем так – я помогу тебе разобраться со степными, а ты мне с горными кланами, по рукам?
Редкие и ироничные аплодисменты вынудили нас разом посмотреть на лестницу.