Аршхан медленно наклонился ко мне… шумно втянул воздух… Кажется, мыло не помогло! Суженные от ярости черные глаза стали тому явным подтверждением. Разгневанной природой хорошо любоваться, но желательно издали.
– Ранари?! – прорычал ракард.
Улыбаемся! Невинно улыбаемся! Лгать нужно хорошо и качественно… особенно если ложь так похожа на правду. И вообще, правды не существует, есть история о правде! Убью рыжего! Кстати, а где он? Обернувшись, ловлю на себе насмешливый взгляд серых глаз. Мм, Динар только искупался, влажные волосы блестят на солнце, белоснежную рубашку не застегнул до конца, и теперь половина дам пялится на ракарда, а половина на обнаженную грудь рыжего… а ничего так, есть на что посмотреть… Если бы не его наглая ухмылка! Ох, Динар, забыл ты, с кем дело имеешь, я тебе не благородная леди, я Катриона Оитлонская!
– Ранари не любит традиции Далларии, – взираю на ракарда преданными глазами, затем добавляю на оитлонском, так чтобы и рыжий понял: – Эти далларийцы как одержат победу, так и начинают целовать всех без разбору… вон, всех дам перецеловал…
Взгляд на Динара… Ха! Понял, да, дорогой? Наивный ты еще, рыжий, совсем наивный!
– Плохие традиции, – согласился Аршхан, бросив взгляд на восторженных придворных дам, и неожиданно напрягся.
Я посмотрела на него, затем проследила направление его взгляда и… увидела Лориану! Красивейшая из принцесс кокетливо улыбнулась Аршхану, и я поняла, что проиграла!
Что-то оборвалось внутри. Я хотела отойти от ракарда, но тот словно окаменел, продолжая меня крепко держать… Осознав бесполезность попыток вырваться, я взглянула на Аршхана – глаза чуть сужены, губы сжаты, дыхание глубокое и учащенное… я знала симптомы этой болезни… с моих пятнадцати лет наблюдала воочию! И диагноз мне был превосходно известен – «прекрасная златоволосая Лориана»!
Как я удержала слезы, не знаю… Было больно… очень. Хотелось вырваться и с обрыва в реку… Ведь он называл меня совершенной, ведь он обещал взять в жены по законам Лесного Клана, ведь я люблю его…
– Кто это? – на оитлонском хрипло спросил ракард.
Это? Это кошмар моего детства, моей юности, моей молодости… Это идеал, которым мне никогда не стать! Это эталон, с которым меня всегда будут сравнивать, не в мою пользу, естественно.