Жизнь Василисы Сахаровой рушится после исчезновения Саньки Сигитова, которого обвиняют в убийстве. Василиса пытается разобраться в происходящем, но каждый раз натыкается на тревожные события и трупы. Возникает вопрос о том, является ли Санька Сигитов виновным или же за ним стоит нечто более мрачное.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Принцип Отелло» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Жизнь Василисы Сахаровой рушится после исчезновения Саньки Сигитова, которого обвиняют в убийстве. Василиса пытается разобраться в происходящем, но каждый раз натыкается на тревожные события и трупы. Возникает вопрос о том, является ли Санька Сигитов виновным или же за ним стоит нечто более мрачное.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Жизнь Василисы Сахаровой рушится после исчезновения Саньки Сигитова, которого обвиняют в убийстве. Василиса пытается разобраться в происходящем, но каждый раз натыкается на тревожные события и трупы. Возникает вопрос о том, является ли Санька Сигитов виновным или же за ним стоит нечто более мрачное.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Шаповалов глянул на тумбочку и указал на нее пальцем. – Ребята, достаньте-ка пленника. Сколько можно бедному малому по подземельям скитаться? Там на улице, в машине, его ждет женщина. Доставайте, доставайте…
– Нет! Не надо! Не надо, чтобы они… вместе… Ненавижу! Гад, надо было его еще в том подвале… У-ууу, суки! Как же так?
– Интересуетесь, как мы на вас вышли? – усмехнулся Шаповалов. – Ладно, отвечу. Ваша жена увиделась с Кирилловым, и он написал ей на клочке картона номер машины того, кто стрелял в него. А она же не могла не знать номера вашей машины, Вадим. Она его узнала! И сразу обратилась ко мне за помощью.
– Что же она меня своему Игорю Леонидовичу не сдала? Он бы скорее вас со мной разобрался, – просипел Вадим, поняв, что проиграл. Навсегда и всем проиграл. – Мне ведь не выйти было бы от него за все, что я сделал. Никогда уже не выйти. Почему?! Почему она не отдала меня ему? Почему-ууу???
– Видимо, как все женщины, она все еще на что-то надеялась. Боялась, что вы окажетесь жертвой ошибки. Что пострадаете от мстительных рук ни за что. Она просто боялась ошибиться насчет вас.
И тут вдруг на Вадима напал безудержный хохот. Он хохотал в полное горло, катаясь по полу, и все повторял, повторял без конца последние слова следователя: «боялась ошибиться…» Потом смех его стих так же внезапно, как и начался. Вадим перевернулся на спину и, глядя полными слез глазами в потолок, пробормотал с тоской:
– Она все же ошиблась… Она все же ошиблась на мой счет!
– Если Васьки нет дома, значит, где она может быть? Правильно, у Сани! Давай, Димон, поднимайся уже и не ворчи. Опять же машина Сашкина во дворе.
– Он мог и на такси куда-нибудь рвануть, – отозвался друг.
– Мог. А что делать? Я как телефон включил, столько ее сообщений получил, что мне просто стыдно до слез и я готов таскаться с баулами вверх-вниз до бесконечности. И тебе, между прочим, тоже должно быть стыдно!
Друзья, не дождавшись лифта, поднимались по лестнице, шелестя пакетами с продуктами. Они уже побывали в доме у Василисы, намереваясь забрать ее и тогда уже вместе с ней отправиться к Сигитову. Но той дома не оказалось. Соседка испуганной мышью скрылась за дверью, когда они спросили у нее про соседей. Телефоны ни Василисы, ни Сани не отвечали. Не зная, что предпринять, Арчи и Дима решили ехать к Сигитову без звонка и без Василисы.
Они остановились у двери и одновременно с испугом посмотрели друг на друга. Что это?!
– Кажется, дверь была опечатана, – ахнул Глебов. – Черт! Может, что случилось, а, Димон? Я ведь ей тогда не поверил. Помнишь, я тебе рассказывал?
– Помню. Только если дверь и была опечатана, то потом через нее явно кто-то входил и выходил. Бумажка-то рваная. Звони, говорю!
К кнопке звонка их руки потянулись одновременно. И давили оба попеременно.
