В уединенном подмосковном городке молодой девушкой с тонким вкусом к жизни кажется изгоем, обреченной на одиночество. Взгляды общества и мамин совет не могут объяснить, почему она так молода, но такая старая душой. Зачем ей принц, если она сама готова стать стражницей своего сказочного сада?...
Несмотря на все его усилия, ему удается засунуть только головку члена, потому что поза, в которую он меня поставил, не способствует нормальному оральному сношению. Он ругается и вытаскивает из меня шланг, не выключая воды. Сажает меня на колени и придерживает одной рукой за шею, а другой за голову.
Я уже плохо соображаю, мне настолько плохо, что я боюсь, могу отключиться. Ледяная вода течет мимо меня, задевая только колени. Но это уже не так страшно. Это ничто, по сравнению с тем, когда она наполняет изнутри.
Старик подкручивает расширитель во рту и я чувствую, как уголки моих губ рвутся от натяжения. Я кричу во весь голос, мои зубы хрустят, мне очень больно, а самое главное, страшно. Надеюсь, он не возьмется снова за скальпель! Старик фиксирует расширитель и быстро всовывает свой член, начиная, с ходу, активно долбить мое горло.
– Не ори, ато опять воду включу! – грозно шепчет он.
Я быстро замолкаю и зажмуриваюсь. Стараюсь не издавать звуков, но у меня это плохо получается. Время от времени, он делает мне больно и я снова вскрикиваю.
Член старика жутко разрывает мой рот изнутри и мне кажется, что сейчас я уже окончательно вырублюсь и уже никто не сможет меня привести в чувства.
Мои слюни, слезы и сопли, которые текут ручьем, заливают все мое лицо. А старик, уже окончательно входит в раж, его руки плотно сжимают мое горло и он буквально прыгает на моем лице, словно всадник на коне.
Старик яростно терзает мой рот, и эти дикие скачки, кажется, будут продолжаться до тех пор, пока я не помру, но подонок начинает биться в конвульсиях и судорожно дергать телом. Затем, вцепившись руками в мою шею, еще больше, он напрягает свой таз и выплевывает мощную струю из своего бывалого члена. Выдержав минутную паузу, старик одной рукой упирается в мой лоб, а другой вытаскивает свой член из моего раздолбанного рта.
"Мои глаза горят, из носа продолжают течь ручьем сопли, а рот – полностью заполняет сперма старика, которую я не успеваю глотать. Спрыгнув с меня, он смотрит сверху-вниз, с довольной улыбкой. Я чувствую себя сейчас, перед ним, такой ничтожной, почему-то мне перед ним сейчас, так стыдно… Он обычный нормальный человек, а я просто тряпка, достойная только чтобы меня имели в рот с особой жестокостью.
