Автор
В мрачной квартире сотовый телефон настораживает Доктора, не желавшего встречи с полицейскими. В третий день прятания теперь приходит нечто более серьезное — обыски. Здесь создается атмосфера напряжения и скрытого страху перед возможной неприятностью.
И из каждого ответвления можно ждать атаки, потому что стон не рождается в пещере сам по себе.
Стон впереди повторяется. Десантники двигаются быстрее. Сохно заглядывает в одно из ответвлений и потому отстаёт на два шага. В таком порядке они и выходят в небольшую комнату.
– Осторожно! – предупреждает майор.
Здесь лучи света быстро находят источник звука... Два десантника лежат в лужах крови. Один не шевелится. Второй в сознании. Их товарищи шагают вперёд, за ними Сохно, и в этот момент их молча атакуют. Молчание и быстрое ожесточение нападающих вызывает ужас, но предупреждение Сохно сработало. Атака не оказалась неожиданной. Боевиков трое, но схватка происходит странно. Один начинает атаковать двух солдат, а двое нападают на Сохно. В руках боевиков тяжёлые ножи-мачете, острые, предназначенные для нанесения рубящих ударов. Боевой нож майора короче и легче, но он более умело обращается с ним. Уклоняется от первого удара и, вместо того чтобы отскочить, делает шаг вперёд, чем сбивает с толку второго, уже начавшего движение за тем, кто должен по логике отскакивать. А Сохно сразу наносит удар первому в горло. Второй только разворачивается и руку заносит для удара тяжёлым оружием, когда майор делает выпад и опять попадает в горло. И тут же резко отскакивает на всякий случай в сторону и оборачивается. Отскок выполнен только для того, если есть новый противник, а раз нового противника рядом не оказывается, Сохно шагает туда, где два солдата отступают перед молниеносно мелькающим ножом третьего боевика. Они еле-еле успевают защититься и совсем не имеют возможности напасть. Боевик быстр, активен и опытен.
Майор без труда понял, что видит перед собой человека, прошедшего качественную школу фехтования на ножах. Это не «зоновские» рисованные движения. Это движения, составляющие отработанный до автоматизма цикл. И циклы следуют один за другим без перерыва на раздумья, потому что боевик сам создаёт для себя выгодные положения и знает, куда и как отступит противник после его атаки. Чуть-чуть умеют то же самое солдаты, но у них нет такого исполнительского мастерства. Правда, они умело отбивают удары противника автоматами, выставляя их вместо блоков, но не имеют возможности автоматы использовать по прямому назначению, потому что быстрый противник просто не даёт им подготовиться к стрельбе.
– Ко мне! – негромко говорит Сохно, расстёгивает ремень крепления и сбрасывает с себя разгрузку, мешающую при рукопашном бое, и кобуру «стечкина» с плеча. Аккуратно кладёт к стенке.
