Автор
В глубокой тайне корпоративной системы заживает обыденная жизнь, но не для всех. Когда молодой специалист-экономист случайно обнаруживает скрытый мир, где люди отвечают за управление всеми операциями организации, он становится ключом к невероятному вызову — схватке против собственного вышестоящего. В каждой главе открывается новый аспект этой уникальной реальности, где каждый шаг влияет на судьбу тысячи жизней....
Если вобьет себе что-то в голову, так не вытрясешь из нее эту идею.
Миллиардер решил, что у него обязательно должна быть моя работа. Портрет свой захотел. В моем исполнении.
А я… не хочу.
Бесят меня такие, как он, думающие, что можно купить — все. Абсолютно… И на хрен бы ему мои работы не упали, если бы я не написала портрет на заказ его сопернику.
Иногда я беру заказы.
Когда есть необходимость.
Когда такой необходимости нет, извините, отвалите, вы мне не нравитесь, буду браться только за то, что я сама хочу.
Но сейчас присутствие выскочки-миллиардера как-то немного смягчило ситуацию, потому что Эмиль зашипел, едва ли не повис на массивном Дубинине.
И я снова некстати вспомнила, какие у него крепкие, сильные бедра…
Ох.
Плюс к тем знаниям наложились новые — о мужском достоинстве. Или, учитывая его роль на вечеринке и размеры стояка, можно смело называть его “конское достоинство”?!
В итоге мужчины сами двинулись мне навстречу.
— Марфа, безумно рад быть знаком лично, — вылез вперед Эмиль.
— Есть деловое предложение, Марфа. Персональное, — добавил Дубинин. — Учитывая сложившуюся ситуацию… кхм… думаю, оно понравится всем нам.
И зачем-то показал на себя и Эмиля.
Что за намеки такие?!
Однако узнать надо.
Кивнула осторожно.
— Хорошо. Тогда прошу. Дамы вперед…
И какого черта мою попу так пекло, будто на нее пялились? Обернулась — пялились оба.
Причем, Эмиль — с привычным восхищением, явно уже решив, что скоро может щегольнуть и портретом, и близким знакомством со мной, а Дубинин — с подозрением каким-то.
Нет, не мог он меня узнать, подумала я.
Никак не мог, и точка.
***
Мы спустились на парковку. Я немного отстала, отвечая на переписку.
— Моя машина здесь, прошу, — махнул Дубинин и помрачнел. — Так. Это что за… ржавая консервная банка рядом с моим авто?
— О, раритет помойный! — подхватил Эмиль. — Она такая крошечная. Знаешь, что мне напоминает, ну? — толкнул Дубинина в бок локтем.
— А?
— Банку из-под кофе.
Эмиль подошел и ткнул пальцем в краску, которая местами вздулась.
— Глянь, она такая же ржавая, лохмотья сыплются!
— Я-то думал, ты из богатой семьи. Откуда эти рассказы про рыбалку и банки из-под растворимого кофе.
— Из богатой, конечно. Дед состояние сколотил, но до этого, сам понимаешь, не шиковал. Поэтому мой батя иногда ностальгировал о босоногом детстве.
