Автор
Марта чувствует себя заточенной в своем большом доме с бездонным ящиком холодильника. Ее постоянные попытки начать разговор о личной жизни превратились в ежедневное испытание, пока она пытается найти мужа и открыть что-то новое за пределами своего уютного уголка дома....
Ну а если он серьёзно?
– Кать, ты много знаешь мужиков, которые ради серьёзных отношений про замужество втирают, а не чтобы в кровать завалить на первом свидании?
– А что он уже…?
– «Привыкай к моей фамилии», – передразниваю его голос.
– Блин, звучит поспешно, но эффектно. А с другой стороны, если он на самом деле серьёзно настроен? Что ж он не человек, что ли? Работа его не может заставить семью не хотеть.
– Время покажет. Если серьёзно настроен, то мои отказы его не остановят. А если это только для потрахушек, то надоест быстро.
– Давай честно, ты же сама сказала, что он тебе нравится.
– Я рядом с ним… как Дюймовочка. Я! Которую, абсолютно точно, ласточка на спине не удержит, – посмеиваюсь.
– Ты давай не преувеличивай! Ты красотка, просто с формами. И это ведь достоинства твои – сверху два, и снизу два.
– Я абсолютно точно разучилась общаться с мужчинами. Меня пугает эта настойчивость и бескомпромиссность.
– Слушай, ты сильная и независимая уже лет девять, может хватит?
– Да поняла я, поняла.
– Оооо, а хобот его тебя не оставил равнодушной.
– Всё отстань!
Но больше Алексей не написал и не позвонил. Ни вечером, ни на следующий день, ни через два.
Первые пару дней я списывала всё на работу, но смс-то написать недолго. А потом устала гонять в голове варианты, почему он исчез. Смирилась. Как говорила моя учительница по математике, «что и требовалось доказать».
Алексей
Сидим на базе.
Пока ждём документов, собираемся в командировку.
В кабинет заходит коллега, которого я просил по красотке информацию пробить.
– Здорова, пап Лёша.
– Ну какой я тебе-то «пап Лёша»? Ладно мои бойцы – я над ними как над златом чахну.
– Ладно-ладно. Я по твоей этой… Марте.
– Выкладывай, – чую не просто там всё.
– Не пойму, что-то не стыкуется.
Естееественно.
– Что там?
– Ей двадцать девять лет.
Какой интересный поворот. Проснулся мой внутренний сыщик.
– Не понял. 8 лет тишины в эфире? Что, вообще ничего?
– Вообще. Ты уж извини, я даже соцсети облазил, но ничего. Никаких левых длительных переписок. Ноль. Я даже удалённые поднял.
– Так не бывает.
– Так и я о том.
– Интересненько получается.
