Автор
Марта чувствует себя заточенной в своем большом доме с бездонным ящиком холодильника. Ее постоянные попытки начать разговор о личной жизни превратились в ежедневное испытание, пока она пытается найти мужа и открыть что-то новое за пределами своего уютного уголка дома....
Так, что это было в клубе? Что за вспышки собственнические такие?
Смотрю на неё и думаю: кого она обманывает больше? Себя или меня? Какие, нахрен, друзья? Что это за дружба, где мужик – с непроходящим стояком, а девушка – с мокрыми трусами. И сколько у неё таких друзей?
Доедаю, по-прежнему, молча. Марта забирает тарелку, идёт к раковине. Как только она кладёт посуду, я встаю сзади неё, упираюсь руками в столешницу по бокам, прижимаюсь грудью к её спине. Макушка Марты упирается мне в подбородок.
– Друзья, говоришь? – шепчу ей прямо в ухо.
Веду кончиками пальцев по её руке, вслед за ними у кошки бегут мурашки. Марта немного сдвигается и упирается попой мне в пах. Меня уносит от её близости, как школьника.
– Ох, зря, хорошая моя. Я же не железный.
Наклоняюсь, целую её в шею, Марта немного отклоняет голову в сторону. Кожа пахнет цветочным гелем для душа и ей самой. Ведёт её так же, как меня. Пора уже снимать маски, ещё один её «холостой» поход в клуб я не выдержу.
– Девочка моя, я тебе не друг, я твой мужчина, даже если ты пытаешься это отрицать.
Кладу руку на её живот и плотнее прижимаю к себе. Пусть чувствует моё возбуждение. Мне уже почти больно от этого напряжения."
"– Мне не нравится, что ты занимаешься обманом и себя и меня. Что ты ходишь в заведения, где тебя может кто-то лапать, и изображаешь, что у тебя никого нет. Что носишь короткие платья для кого-то незнакомого и отрицаешь то, что между нами искрит.
Разворачиваю Марту к себе лицом. Её зрачки сейчас почти закрывают радужку, а ведь мы ещё даже ничего не делаем. На скулах появился румянец, а губы приоткрыты.
– Я предлагаю тебе эксперимент. Если сейчас твои трусики намокли, значит тянет друг к другу. А значит, нужно только дать возможность сблизиться. Завтра мы поедем за город, побудем в домике пару дней. У меня выходные, нас никто не будет дёргать, а ты перестанешь гонять в своей голове дурные мысли.
Марта смотрит, молчит, тяжело дышит. А я молюсь внутри, чтобы она не взбунтовалась просто из принципа.
