А вот люди во власти, имеющие лишний вес, зачастую те ещё мрази. Повторюсь, что не всегда и не все, но часто, человек, который дорвался до денег и власти, натурально сходит с ума потакая всем своим низменным порокам.
Лучшая еда, роскошь, женщины, использование власти в корыстных целях или ради развлечения. И многое другое. Вот и сейчас я вижу человека, который раздулся настолько стремительно, что походил на снеговика.
— Ты ещё кто?! Это территория оцеплена, убирайся! — рыкнул на меня снеговик в полицейской форме.
— Вы за что девушек в тюремную машину сажаете? — указал я на недоумевающих «спасённых», которых заталкивали в машину, в которой перевозят преступников. Причём, судя по всему, особо опасных преступников.
— Они подозреваемые, а ты убирай… — договорить я ему не дал, так как вручил хорошего такого леща!
Звук пронёсся по улице, и застыли все, даже девушки в покрывалах. Повисла тишина, а все, у кого были глаза, да хотя бы один, медленно повернулись ко мне.
— Т-т-т-ты напал на ме… — закричал снеговик, но вновь получил леща, в этот раз куда сильнее. Офицер полиции аж отлетел на полметра и упал. Народ же уронил челюсть.
— Так! Слушайте меня, мрази! — громко произнёс я. — Вам не повезло. Вы вляпались в Зябликова. Рекомендую не совершать глупости, иначе вам пиз***.
— Я офицер полиции! — прокричал распухший снеговик и благодаря волшебному пенделю полетел. А хорошо летают снеговики! Жаль, низенько да недолго, да и стена оказалась крепче, чем его голова.
Ну… А теперь, когда все окончательно офигели и похватали оружие, можно и начинать вести «мирные» переговоры.
Глава 12
— Ты… ты… покойник… — постанывал «человек-снеговик», чьё лицо было красным от лещей, а нос разбит от поцелуя со стеной, ограждающей особняк графа.
— Это угроза? Мне вызвать тебя на дуэль или сразу убить? — я присел на корточки перед мужчиной в форме.
— Нападение… на служащего… Империи… карается… смертью… — сплюнул тот и с яростью посмотрел на меня.
— А вот тут ты не прав, — заулыбался я и, схватив того за ногу, потащил к девушкам, которых ранее заталкивали в машину.
— Стойте! — ко мне подскочило семеро полицейских с пистолетами и два спецназовца с автоматами. — Отпустите Виктора Семёныча!
— Я не причиню ему вреда. Если, конечно, он не будет сопротивляться. А свои пукалки опустите, они меня даже не поцарапают, — я вспыхнул аурой убийцы чудовищ, и люди шарахнулись.
Аура — это смесь магической и духовной силы, и у убийц чудовищ она особая. Объяснять почему слишком долго. Грубо говоря, это смесь психологических и биологических факторов.
— Где горничная графа?! — весьма громко спросил я, подходя к машинам. Здесь стояли две скорые, одна труповозка, машина для заключённых, два полицейских фургона и две легковые полицейские машины.