Весь день на ногах! А ещё нужно помочь Жанне съездить на лесопилку и забрать материалы… Эх столько дел…
— Господин… — двадцать зомби-китайцев преклонили колени и низко поклонились, касаясь лбом земли.
Я же внимательно осматривался. Лесобаза меня приятно удивила. Все те строительные материалы, что я привёз, были использованы. Не сказать, что работа профессиональная, но все дыры в стенах, окружающих базу, были заделаны.
Дорога и покрытие из каменных блоков очищены от зелени, вычищены, а где-то даже восстановлены. Также, вижу, уже начали восстанавливать наблюдательные вышки. Впрочем, правильно было бы сказать: «Делают новые».
— Михалыч, хорошая работа, кар… — тяжело не каркать, когда ты в теле ворона.
По сути, я частично перехватил контроль над птицей, но, так, ненадолго. А смотрел я на развитого зомби, того, кто, ещё будучи продвинутым, смог запустить всё механизмы лесопилки.
— Благодарю. Господин, — слегка поклонился зомби.
Михалыч, как я его назвал, был инженером на этой лесобазе. И после эволюции до развитого зомби, он стал более поджарым, ростом поменьше, а лицо будто он полгода без сна. Однако при этом, он очень трудолюбив, и это место ему дорого. Здесь он провёл половину жизни и здесь же умер.
— А вы… — я вновь вздохнул, глядя на китайцев. — Кто вас так, кар?
— Сильное чудовище на востоке… — ответила девушка. Она, как и все, была в изодранной одежде, но при этом, на голове металлический шлем без забрала и странные перчатки-клинки. И да, все они уже развитые. Кошмар, какие шустрые.
— Господин, мы уже готовы возвращаться в Поднебесную, — говорил невысокий китаец с бородкой и необычными усами. На нём тоже была парочка единиц снаряжения из осколков.
— К сожалению, там сейчас неспокойно, но мы отправимся туда, когда я вернусь, кар.
— Значит, мы успеем лучше подготовиться, — кивнул китаец.
— Я могу даровать вам своё оружие и снаряжение из моей силы.
— Простите, господин, но мы откажемся. Сковывает движение. Непривычно.
В этот миг из ворона вырвалась волна ауры смерти, отчего птички на ближайших деревьях мигом взлетели и поспешили улетать.
— Кто я, кар, по-вашему?! — грозно произнёс я, и следом из ворона вырвалась тьма, окутавшая всю двадцатку. — Я, кар, бог! Не недооценивайте мою, кар, силу!
— Молим о прощении! — хором прокричали китайцы, на ломаном русском.
Кстати, они, молодцы, язык учат, хоть и зомби. В таком состоянии их сознательность сильно ограничена телом. Но чем выше стадия эволюции, тем умнее они станут. Такие вот ограничения.