Поезд с грохотом прокатился по унылым степям, солнце крадется за горизонт, создавая неясную тьму вокруг. До Санкт-Эринбурга осталась одна小时前, когда серебристый экспресс стремительно мчался через пустынные просторы, приближаясь к своей конечной точке в великом вокзале....
Канто пах ароматной травой и немного сырой рыбой. Старик взял его за руку и вывел на середину зала. Затем сунул в руки юному оборотню деревянный шест.
– Не нравится мне все это, – признался Никита.
– Следи за моими передвижениями! – заявил Канто. – Тогда, возможно, получишь не так сильно, как в прошлый раз!
Никита выставил перед собой палку и напрягся. Его одолевали самые неприятные предчувствия. Он прислушался к тому, что происходит вокруг, используя только слух и обоняние. Внезапно до него донесся тихий свист – что-то рассекло воздух и треснуло его по ягодицам.
Никита едва не подпрыгнул.
– Что это было?! – воскликнул он.
– Твой первый промах! – ответил Канто. – Если не соберешься, сейчас ты узнаешь, что такое боль!
– А то я до сих пор этого не знал, старый вы садист!
Никита снова услышал свист. Он резко отскочил назад.
Палка ударилась в циновку у его ног. Легостаев понял, что странный свист издает шест Канто.
Запах трав резко усилился. Никита пригнулся и одновременно сделал подсечку.
– Ага! – обрадовался Легостаев. – Кажется, теперь я понял, как это работает!
– Самонадеянный мальчишка! – прокряхтел Канто, поднимаясь с татами. – Придется поучить тебя уму-разуму!
Никита снова прислушался. Старик передвигался очень тихо, но он все же разобрал тихий шелест его кимоно.
Раздался громкий свист. Никита резко прогнулся назад, одновременно выбросив левую ногу вперед. И угодил в живот Канто.
Старик отпрыгнул от него подальше и взмахнул палкой.
– Есть! – радостно воскликнул Никита. – И кто кого сейчас поучит?!
Конец палки уперся ему в грудь, в ту же секунду резкий толчок сбил парня с ног. Никита перекатился через голову и вскочил с пола. Затем снова резко сделал подсечку, прочертив ступней дугу по плетеному ковру.
Канто перепрыгнул через его ногу и дал ему подзатыльник. Никита быстро отполз в сторону и прислушался.
Где-то совсем рядом вращался в воздухе шест. Легостаев вдруг ощутил легкий сквозняк. Он резко дернул головой, и конец палки просвистел у самого его уха.
– Эй! – воскликнул Никита. – Это уже не шуточки!
– Разве?! – хохотнул Канто. – Я вот со смеха помираю!
Палка скользнула между колен Никиты, старик резко дернул, парень грохнулся на пол.
– Ну все! – разозлился Никита, сдергивая с глаз повязку. – Сейчас я вам покажу!
– О, балерина разозлилась! – расхохотался Канто.
Шест устремился к лицу лежащего на полу Легостаева.
Он перекатился, палка врезалась в татами.
