Поезд с грохотом прокатился по унылым степям, солнце крадется за горизонт, создавая неясную тьму вокруг. До Санкт-Эринбурга осталась одна小时前, когда серебристый экспресс стремительно мчался через пустынные просторы, приближаясь к своей конечной точке в великом вокзале....
В очередной раз завернув за угол, он едва не врезался в серебристую машину Гордея. Никита ошарашенно огляделся по сторонам."
"Оказывается, все это время автомобиль Лестратова так и стоял на прежнем месте. Просто Никита, убегая с платформы, свернул не в тот проход между ангарами. И немудрено, все склады были похожи один на другой, как две капли воды.
Никита плюхнулся на сиденье рядом с Гордеем и перевел дух.
– Что-то случилось? – обеспокоенно поинтересовался Гордей. – За тобой будто черти гонятся!
– Ты почти угадал! – выдохнул парень.
Гордей удивленно приподнял брови:
– Старик? Кто такой?
– Да я его впервые видел!
– Может, ты его просто не помнишь?
– Он похож на жабу в очках. Такую внешность я бы на всю жизнь запомнил! А пистолет у них из арсенала «Экстрополиса»! Помнишь их пластиковое оружие, на которое металлодетекторы не реагируют?
– Конечно, – ответил Гордей.
– Они мои ровесники!
– И что? Если Департамент безопасности привлекает подростков к своим расследованиям, может, и «Экстрополис» занимается тем же?
– Не знаю, – пожал плечами Никита. – Но они меня здорово напугали! До сих пор не по себе.
Гордей повернул ключ в замке зажигания и вывел машину из переулка.
– Ты говорил с ними? – поинтересовался он.
– Вот еще! Я просто удрал оттуда, – признался Никита.
– Может, оно и к лучшему, – кивнул Лестратов.
– Что такого особенного в нем перевозили? – спросил Никита. – Из-за чего вся эта суматоха?
– А злоумышленникам удалось ограбить экспресс? – поинтересовался в ответ Гордей. – Ты сумел что-нибудь узнать?
– Темная история, – сказал Легостаев. – Я мало что понял. В вагоне ехало много людей, а потом все они превратились в горстки пепла на полу. Выжила лишь одна пассажирка, сейчас ее ищут. Ее зовут Персефона Сэнтери!
Машина Гордея резко вильнула.
– Сэнтери?! – воскликнул Лестратов. – Снова они! Семейка маньяков и садистов, одержимая именами из древнегреческой мифологии и жаждой мирового господства! Интересно, что этой Персефоне понадобилось в Санкт– Эринбурге?!
– «Перевертыши» тоже хотят это знать, – произнес Никита. – И я бы не отказался. Цирцея, помнится, натворила множество гадостей!
– Не считая того, что пытала тебя серебром, – согласился Гордей.
