Именно это нецензурное слово произносит на второй минуте первой серии нового сезона «Веселых денечков» главный герой, глядя в камеру. Выражение его лица, по задумке, должно вызывать у зрителя восторг (от встречи с полюбившимся обаятельным неудачником) и снисходительную улыбку (опять, дескать, вляпался, болезный; и на минуту тебя оставить нельзя без присмотра!). Камера едет назад, и мы видим, что у него за спиной. А картина там следующая: разъяренный лысый качок в бронежилете с битой в руках на фоне мигалок полицейских тачек. Вокруг темнота и деревья. А герой наш голый, прикрывается блюдцем, которое мгновением позже падает и разбивается вдребезги (камера, понятное дело, на блюдце). И герой, взгляд которого мечется между преследователями и осколками, мрачно повторяет:
«Вот *опа!»
— Руки вверх!
И курсивом: «Тремя днями ранее…»
Каждый мой день начинается теперь с того же слова, потому что тремя днями ранее… я занимался сексом с женщиной своей мечты, до этого сделав все возможное для того, чтобы сей половой акт больше никогда не повторился.
Эпический провал.
Вот жил человек один, нормально ему было. Собачек себе завел, черепашек всяких, например. По хозяйству успевал, какие-то планы у него были, скажем, дрова заготовить на зиму, грибов насушить, мяса наморозить. А потом дали ему друга, который поначалу не особенно-то восхитил, потом вроде как незаметно притерся, открылся. Друга не в том смысле, в котором трактуют соцсети — у Егорки Озерского триста семьдесят друзей, добавляйтесь-с меня лайк аватарке! — нет: чтобы душа с душой соприкоснулась, а не больно и не шершаво от этого, хоть каждый день контактируй. Вот дали этому человеку друга, а потом отобрали. Друг не тем оказался, за кого себя выдавал. А душа-то уже привыкла. Ну, человек взял да и умер.
Ладно, коротко о том, что произошло за последние дни.
Наконец, закончил работать над «Ягненочком». Долгое время не получалось прийти с самим собой к согласию насчет последних страниц книги. В итоге только сегодня отправил Регинке окончательный вариант рукописи вместе с синопсисом, она тут же отложила дела, прочитала и прислала в ответ короткое: «фигня».
Сама ты фигня.
«Егор, книгу мы продадим дорого, обещаю. Редактор, с которым я работаю, сможет показать синопсис кое-кому из Голливуда, но только если ты поменяешь концовку. Сейчас положение дел такое, людям нужна надежда, а издателям — деньги».
«Иной концовки быть не может».
«Ты пугаешь меня, братик».
«Не может быть иной концовки. Все. Работу я закончил. Если ничего не получится, то не получится. Спасибо за попытку».
«Егор, Егор, Егор. Что же мне с тобой делать?! Почему ты вечно сам роешь себе могилу? Тебе нравится над собой издеваться, да?»
«Да, душевная боль меня возбуждает.