Автор
В темной квартире царит атмосфера напряженности: только молодые родители понимают смысл подросткового отчаяния, когда звонок целителя нарушает дневной сон. Тата проверяет безопасность дома, несущего в себе опасность и страх одиночества.
А то дернется сейчас на эмоциях. Давно с мужиком в одной кровати не просыпалась, всякое может подуматься… А нам не надо, чтоб думала. Вредно это. В некоторых ситуациях.
Потому я шепчу ей всякие утренние глупости, а сам действую. Ускоряясь.
К себе плотнее, чтоб почувствовала, что не надо дергаться, смысла нет, все уже более чем серьезно.
Вера, ощутив мой стояк в районе попки, только удивленно ахает, ерзает все же, словно не уверена, что дальше делать. Оттолкнуть? Остановить? Или…
Ну, собственно, если она чего там и думает, то после того, как я приподнимаю тонкое бедро и быстро вхожу, уже остается только второй вариант.
Она сдавленно шипит, потому что, судя по всему, там натерто нехило так, но потом откидывает мне голову на плечо, разворачивается, смотрит яркими своими, блестящими глазами. Немного испуганно, но настолько горячо, что я, притормозив на это мгновение, чтоб дать немного привыкнуть к ощущениям себе и ей, делаю первый, пока еще плавный, длинный толчок…
Иии всеооо…
Глазки закатываются от кайфа, губки раскрываются, я тут же ловлю их своим жадным ртом, целую, глубоко, грязно, долго, не прекращая все убыстряющихся движений.
"Даааа, детка… Колян знает, как заставить женщину забыть обо всяких мелких недочетах, и начать получать кайф. Он в этом деле эксперт.
Я выпускаю ее губы, обнимаю, фиксируя голову на сгибе локтя, глажу второй рукой грудь с остренькими сосками, животик, касаюсь ниже, клитора, поверхностно, но Вера каждый раз вздрагивает сильнее.
Отзывчивая нереально!
Я стараюсь не терять окончательно голову, хочется подольше и послаще. Хочется, чтоб она вот так кончила, полностью оплетенная моими руками, моим телом, зависимая от меня.
Я усиливаю напор, глажу, целую, трогаю, где надо, шепчу что-то в алеющее ушко, и чувствую бешеную острую отдачу.
Какая горячая!
Давай, детка, покажи мне, как ты сладко кончаешь…
В тот момент, когда ее тело сотрясает крупная дрожь, а губки широко раскрываются, я ускоряюсь.
Круто.
Укладываю ее на живот, накрываю полностью своим телом, перехватываю рукой по линии плеч и шеи.
И позволяю себе окончательно слететь с катушек.
Она не сопротивляется, в послеоргазменном кайфе, горячая и податливая, как расплавленный шоколад, внутри у нее влажно, кайфово, кожа и волосы на нежной макушке пахнут просто одуряюще.
