Автор
В свете крошечного свечки в кабаке, где встречаются единицы сотрудников, днем света мало что видно. Я хлопаю рюмкой о столешницу, как обычно, но сейчас это выглядит даже более абсурдным — будто бы наедине с коварным планом. Этот ночной gathering становится предвестником большого шума и потусторонних дел, которых я пока не осознаю....
Это фишка известная, конечно, но как-то я раньше не особо значение придавал. А тут сразу все понял. На своей шкуре прочувствовал.
Малолетние дебилы, папенькины сынки, считающие, что если у них отрос член, то они – прям мужики, воспользовались моим мирным настроением и мыслями, далекими от реальности ( как раз прикидывал, в какую позу поставлю Принцессу сегодня вечером… Верней, в какие позы…)
Меня толкнули в грудь, зажали рот ладонью и отволокли в тот самый закуток, где я только что получил свой кусочек кайфа.
Я, конечно, мог бы их всех сразу положить еще в тот момент, когда мне рот закрыли, но зачем? Интересно же послушать мотивы и, может, сразу заказчика выявить… Явно они не мою неземную красоту и беззащитность повелись… Так что я прикинул по времени, что Принцесса еще не должна бы даже дойти до большого зала, а, возможно, в туалет зарулит, подправить макияж и запудрить засосы на шее, потому что я наврал, говоря, что их там нет.
"Придурки затащили меня в тупичок, прижали в стене, как бабу, рыкнули в лицо, чтоб молчал, а то придушат. Я понятливо заморгал и вполне достоверно засучил ногами. Ну а чего? Им в радость, а мне не в напряг.
- Как такое ссыкло еще в охрану берут, вообще не понимаю, - прокомментировал один из мажориков, разглядывая меня с вполне плотоядным интересом.
- Да он , наверно, дал кому-нибудь, вот его и протолкнули! – предположил еще один, - и сейчас дает!
- Да кому? – удивился третий, - папаше Вовки? Вряд ли…
- Ладно, завязываем болтать, - веско проронил четвертый, с замашками лидера, - времени мало.
- Да Вовка сказал, что пятнадцать минут у нас есть, - возразил первый, расстегивая ремень брюк, - а потом положим его тут и все.
Ну, собственно, все, что требовалось, я услышал.
Мелкий говнюк, ну надо же! И откуда такая смелость? Или думал, что дружбаны меня опустят, и я никому ничего не скажу? Ну, наверно… Логика в этом имеется… Я подождал, пока первый изврат пойдет на меня, помахивая высвобожденным из шлевок ремнем, и подпустил в глаза дурной боязни, разве что слюнями от страха не изошел.
