Бронс, не отвечая, спустился с коня и первым отправился к ближайшим деревьям, подальше ото всех, зная, что этот разговор ему не понравится.
– В чём дело, Рэн? – как только мы отошли достаточно, он резко остановился и обернулся ко мне, испепеляя взглядом. Догадался уже.
– Впереди по дороге был отряд Тёмных, – не стал юлить я. – Мы с ними не будем встречаться.
– Это из-за меня? – неосознанно он схватился за больное плечо. Ответ он знал, поэтому сразу продолжил. – Я не буду избегать вызова на поединок, как трус. Как ты мог, Рэн?
– Ты сам понимаешь в каком ты сейчас состоянии? Ты не сможешь выстоять и минуты против сильного Тёмного. А там может оказаться как раз такой. Это не трусость, это самоубийство, Бронс.
– Это дело чести, Рэн! Это моя честь! Кем я буду, бежав от возможного вызова на поединок?
– Живым! – рыкнул я, злясь на глупца. – Ты понимаешь, что вызовут именно тебя, не меня. Поскольку тебя точно победят и отберут попаданку. Ты лёгкая цель сейчас, Бронс.
– Граф, который прячется и бежит… – усмехнулся он, тряхнув головой.
– А когда мы вышли из леса, ты не особо переживал по этому поводу, – напомнил ему о больном, но таком важном сейчас.
– Я за тебя там боялся, Рэн. Не за себя. За тебя. Ты едва на ногах стоял, после проклятого леса.
– А сейчас я боюсь за тебя, – он замолчал и долго смотрел на меня, не решаясь сказать то, что рвалось наружу.
– Ты сравниваешь разные вещи, Даррэн, – отрицательно мотнул головой он, продолжая придерживать плечо. – Это мой долг. Мой долг оберегать тебя. Твоя жизнь слишком важна и ты…
– Прекрати, Бронс, – оборвал его. – Если мы сейчас будем говорить о долге, то придётся напомнить тебе, что я могу отдать приказ, и ты обязан подчиниться. Хочешь так?
Он поджал губы, сдерживая подступившую злость.
– Я не хочу так, без надобности. Я тебя как друга прошу. Сейчас не о чести речь, а о выживании. В данный момент встреча с Тёмным для тебя самоубийство. Тебе хотя бы день нужен на восстановление. Сделаем крюк, переночуем в горах, а завтра уже будем в столице.
Бронс тяжело вздохнул, посмотрел на девушек, о чём-то переговаривавшихся на тропе, и опустив плечи, повернулся ко мне.
– Ладно, я понял. На кону не только моя жизнь, но и девушки, которая мне доверилась.
Я перевёл взгляд на Леру, которая улыбнулась Яне и перекинула на спину длинные светлые волосы. Она была такой хрупкой, такой воздушной… и такой беззащитной.
– Да, теперь мы за них в ответе, – согласился я с другом.
