Автор
В стенах вынужденной изоляции и холодных лабораторий начинается невидимое притяжение - Амир, оставленный в зап lutой обиде после потери ребенка, оказывается среди людей, которым пришлось пережить что-то похожее. В каждом взгляде есть слезы, каждый жест - прощание с прежней жизнью. Здесь нет слов для описания боли или страха — только непрекращающееся притяжение к тем, кто понимает....
Настолько, что, если верить отчету приставленных к жене людей, все три дня, пока он отсутствовал, Имана даже из дома не выходила. Боялась навлечь на себя его гнев.
- Что за шум?
- Соседи буянят! Вот тебе и элитный дом! – фыркнула его женушка и вернулась к прерванной беседе с подругой.
Амир вернулся в спальню, натянул штаны, вызвал Глеба и только потом, недовольно насупив брови, медленно открыл дверь. Картина ему открылась еще та! Его соседку зажали два крепких мужика, а третий, плешивый, далеко не таких угрожающих размеров, размахивал перед ее лицом какими-то бумажками:
- Я вам в который раз повторяю, что ничего не буду подписывать, пока все деньги не лягут на мой счет! – дрожащим надтреснутым голосом пробормотала девушка.
- Ты чего, сучка, не поняла, куда влезла? Тебе хату дали? Дали! Скажи спасибо, что не в леске прикопали… Тебя и твоего недоделанного брата.
- Я сказала, что ничего не подпишу! Чтобы завтра вас в моей квартире не было! Ясно?! Не то я в прокуратуру обращусь! У меня знакомых хватает!
Этого уже братки стерпеть не смогли!
- В прокуратуру она обратится.
- Руки от неё убрал, - вмешался Каримов."
"Братки девчонку оставили в покое, а вместо этого обратили пристальное внимание на него. Даже сунулись, было, но спешащий по ступенькам Глеб спугнул. Они отступили. Один из качков оглянулся на загнанную, как животное, соседку, сплюнул на идеально чистый пол:
- Мы тебя предупредили.
То, что братки сыпали угрозами при двух свидетелях, ума им, конечно, не добавляло, однако их наглость говорила о том, что за этими парнями стоит кто-то серьезный. Амир проводил уходящую делегацию взглядом, пожал плечами на вопросительный Глебов взгляд и снова посмотрел на соседку.
- Тебя как зовут? – первым делом спросил он, сообразив, что так и не спросил ее имени раньше.
- Ковалевская… София Юрьевна.
- Вот что, София Юрьевна, пойдем-ка, поговорим.
Амир отодвинул с дороги застывшую, будто деревяшка, девушку и зашел в ее квартиру. Глеб последовал за ним. Последней - Соня. В глубине квартиры послышался какой-то звук. То ли вой, то ли стон. То ли еще что-то… Амир с Глебом переглянулись, а София Юрьевна Ковалевская, кажется, отмерла. Ринулась вперед, ничего перед собой не видя, хлопнула дверью, из-за которой и слышался этот страшный звук.
- Что это? – обернулся Амир.
