Меня беспокоят сны. Хотя я не точно выразилась, это не то чтобы сны, а какие-то ночные видения. В конце концов, даже непонятно, сон это или реальность. Самое неприятное, что когда это происходит, я могу двигаться, что-то делать, с кем-то общаться. Недавно вот разбила окно в спальне, потом бутылку вина на кухне и пару бокалов. По-моему, даже выпила эту бутылку безо всякой компании. Проблема в том, что у меня маленький ребенок. Я боюсь больше за него. Сложно представить, что еще случится как-нибудь ночью, к тому же я в разводе.
– Сейчас живете одна с ребенком?
– Последний год жила в гражданском браке, но теперь есть свои сложности…
– Понятно. Об этом потом, если дойдет разговор и если будет необходимо. Я бы знаете что хотел… Не могли бы вы теперь напрячься и попробовать вспомнить, когда это началось? Может быть, даже не конкретно такие происшествия, а что-то более безобидное, но необычное и, кстати, не обязательно связанное со сном. Какие-то странности, например.
Интересный вопрос. Надо было задать его самой себе намного раньше, и, может быть, клубок непонятных видений раскрутился бы и нити оборвались навсегда.
Я постаралась рассказать подробно все-все, что я помнила, как можно более детально. Наверное, начальной точкой можно считать похороны деда. Точнее, его смерть и незапланированный поход на кладбище. Так мне показалось в самом начале рассказа. Говорила я долго, соблюдая хронологию. Потом, в самом конце, я решилась на вопрос:
– А вот у вас, доктор, не бывает такого: я помню, приехала в свой институт смотреть в списках на стене деканата, поступила я или нет. Волновалась страшно. Нашла себя. Конечно, обрадовалась несказанно. Пошла обратно к метро. Настроение сумасшедшее. Вдруг смотрю вокруг – и все показалось маленькими бумажными декорациями: и дома, и машины, и люди. И так мне стало странно, и я спросила себя: отчего никто, кроме меня, этого не замечает?
– Такое состояние бывает у людей часто. Особенно это свойственно личностям, склонным к наблюдению.
Собственно, это был монолог. То ли я, накопив большую помойку в своей памяти, смогла от безысходности выложить все в нужном порядке, то ли он умел расставлять по полочкам сбивчивые и перемешанные с заблуждениями факты. Однако в конце он все же задал не очень приятный для меня вопрос:
– А вы сами что обо всем этом думаете?
– Не знаю… Братья лунатили в детстве. Я – нет. Точнее, мама говорила, что заставала меня пару раз вместе с ними.
