В темном переулке встретил двух парней в лакированных кроссовках и тяжелых куртках. Их громогласные приветствия на фоне редкого проезда напоминают тревожное морковье в серой ночи, создавая острое ощущение неуловимого подтекста и непонятных связей.
Обязательно надо будет еще поработать с ней, когда вернусь. Если вернусь.
Зачем Кащей ввязался в авантюру с «Русской сталью», когда голубые друзья Вайсфельд и Бойд-Симмонс начали искать по всей Европе исполнителей, да еще и прицепил к этому делу Грека? Во-первых, чтобы с гарантией выйти на меня. Коля всегда считал меня излишне склонным к мести. Ну, а во-вторых, ему же всегда удавалось поймать сразу несколько зайцев. Вот и решил срубить денежку на «Сталеварах».
Ничего не скажу, спланировал он все здорово. Как всегда.
А что касается...
– «Славия», пан, – громко сказал водитель. Видимо, он решил, что пассажир заснул.
Я предъявил портье за стойкой красный паспорт «с вилкой» гражданина незалежной Украины и буквально через пять минут уже заселялся в забронированный для меня, то есть, Слободянюка Ивана Богдановича, номер.
– Большой бифштекс, – с этих слов я начал диктовать заказ вполне понимающей по-русски официантке, – двойная порция отварного картофеля.
– Есть, пан.
– Черного хлеба побольше и... «Пиво будешь? – Еще спрашивает, кретин!» и две, нет три, пусть будет четыре больших кружки светлого пива на ваш вкус. Пару кружек прямо сейчас. «Ура!!!»
Приятно отяжелевший после ужина с пивом, я с трудом поднялся к себе на второй этаж и, тонко повизгивая от предвкушения здорового сна, начал раздеваться.
– У нас несчастье, Стас.
Глава 46
– Как долетел? – поинтересовался Грек, притормозив на красный свет.
– Долетел-то нормально, только вечером едва инфаркт не заработал. Позвонила мама и сообщила, что у них несчастье, вот, сердчишко-то и екнуло.
– Что случилось?
– Стояк, блин, потек в коридоре, а папа, как всегда, в командировке. Вот она и нервничала в ожидании аварийки.
– Да уж.
