Захватывающий сценарий в таинственной гостиной: женщина на коленях просит помощи от мужчины, но он отстраненно отказывается. Ее одиночество и мольба о милости создают непробиваемую атмосферу страстной потребности в понимании и поддержке.
– После этих слов у Сесилии неприятно зажгло шею, словно рука Алекса снова сомкнулась на ней. – Второй – сейчас. Это что же получается… За то, что ты танцем подняла вечно вялые члены Двуликих и дала им возможность спариться с себе подобными, они отблагодарили тебя по двойному тарифу? Что же ты за штучка, кузина?
Никогда ранее Сесилия не испытывала то, что принято называть холодной яростью. Когда в душе всколыхнулась ненависть, но твой разум остается чистым и ты четко осознаешь все, что делаешь.
Сесилия вытянула руку перед собой и разжала пальцы, что удерживали небольшой сосуд.
– Мы квиты, Вивьен.
Глава 11
Месяц спустя
Сесилия полюбила море с первого взгляда. Как только поезд остановился на Южном побережье и она увидела желтый песок, а вдали – прозрачную глазурь, все, ее сердце было отдано этому месту раз и навсегда. Она не удержалась, сдала багаж в камеру хранения, наняла открытый экипаж и устремилась к морю.
Было очень странно – жарко, душно, но дышалось легко. Еще в поезде Сесилия сняла полушубок и переоделась.
– Милочка, скиньте-ка с себя лишнее. И сапожки тоже уберите. Поберегите ножки. У вас есть открытые туфли? Вот их и приоденьте.
Экипаж ехал медленно, извозчик никуда не спешил, позволяя Сесилии рассмотреть все. Прекрасные светлые дома, утопающие в зелени, огороженные невысокими палисадниками. Фонтанчики, что постоянно встречались на набережной.
Сесилия не ощущала жары. Она попросту на нее не обращала внимания. Ей важно было впитать в себя новую атмосферу, прочувствовать всю прелесть Южного побережья и смены обстановки.
Она будет тут жить.
Решение пришло спонтанно.
Сесилия не знала сколько: месяц, год или всю жизнь. Но то, что она снимет на время дом и будет наслаждаться каждым солнечным днем – факт.
Море…
Это отдельная история. Отдельные впечатления. Сесилия, отпустив извозчика, подходила к нему, как к чему-то запредельному. Несбыточному. Нереальному. У нее в Уликсе была картина – девушка, стоящая на берегу моря. Именно сошедшей с полотна мастера героиней и чувствовала себя Сесилия. Солоноватый бриз, ласковый шум прибоя, уносящий ее в неизведанную даль.
Дом для съема Сесилия нашла быстро.
