Захватывающий сценарий в таинственной гостиной: женщина на коленях просит помощи от мужчины, но он отстраненно отказывается. Ее одиночество и мольба о милости создают непробиваемую атмосферу страстной потребности в понимании и поддержке.
Сесилия тоже напряглась, в груди сперло. Она даже с шумом глотнула.
Глаза Алекса потемнели, лицо приобрело жесткое выражение: губы плотно сжаты, брови сведены на переносице.
– Сесилия, я не оплачивал твои чертовы счета.
* * *У Бардока в Крамасе были свои люди. Он немало позабавился, когда ему сообщили, что Сесилия купила билет в Крамас. Он и сам рассматривал этот тихий южный городок для летней резиденции, бывал тут несколько раз, наслаждаясь теплыми деньками. Да и порт тут отличный, принимал большое количество грузовых кораблей.
И надо же – выбор Сесилии тоже пал на него.
Отпускать девушку Алекс не собирался. Это он понял еще в тот день, когда водил ее в оперу. Его тянуло к ней. Странное желание. Если вначале он воспринимал его как нечто новое, в его грешной жизни еще не попадались столь неординарные особы, да и с кровью малики, то уже в Нижних кварталах все резко изменилось. Обострилось. Или это случилось в гостинице, когда Сесилия разделась для него, гневно сверкая глазами?
Ему захотелось не просто приучить и проучить ее.
В его душе колыхнулось что-то новое.
Сесилия с ним не играла. Не строила долгих комбинаций, чтобы заинтриговать его. Она била честностью и откровенностью. Наотмашь. Показывала, что ей неприятно общение с ним, что она его едва терпит. Вынуждена обращаться, иного Смотрящего ей никто не предоставил, да и на авантюру с Двуликими не каждый пойдет, потребует плату.
Бардок оказался не просто заинтригован. Он оказался вовлечен.
Зеленоглазка, сама того не осознавая, сделала все, чтобы привлечь его внимание.
Хуже было только у Двуликих. Как он сдержался и не схватил ее, не уволок прочь, чтобы спрятать от жадных, похотливых глаз демонов-старожилов, непонятно. Держался до последнего. Сжимал кулаки с такой силой, что хрустели кости. Приходилось напоминать себе, что он не просто колдун из Нижних кварталов, он – Смотрящий.
Он контролировал все движения Двуликих, всматривался в них, не отводя глаз.
Те вели себя как обычно. Смотрели и ждали, когда на них накатит…
То, что Сесилия потеряла сознание, изрядно его напугало.
Дальше – хуже.
Двойная плата за танец.
С подобного рода расплатой ни один Смотрящий еще не сталкивался.
Значит, чего-то он не усмотрел! Не разглядел!
Бардок нехотя отпустил Сесилию. Была бы его воля – сразу же запер у себя в спальне и никуда, ни на шаг не отпускал бы. Но с лессой Клади такой фокус не пройдет. Да и следовало подробнее разобраться в ситуации, что изрядно его напрягла.
