Захватывающий сценарий в таинственной гостиной: женщина на коленях просит помощи от мужчины, но он отстраненно отказывается. Ее одиночество и мольба о милости создают непробиваемую атмосферу страстной потребности в понимании и поддержке.
Волна наслаждения накрыла ее вскоре, и Сесилия закричала, уже не стесняясь и не контролируя себя. Это было прекрасно. Это было нереально восхитительно.
Она открыла глаза вовремя, чтобы видеть, как откидывает голову Алекс. Как из его плотно сжатых губ вырывается приглушенный стон, как он в последний раз подает свое тело вперед.
Они некоторое время не двигались. Сесилия продолжала лежать под мужчиной, он – нависал над ней, удерживая вес тела на руках.
– Сесилия.
– Да? – взволнованно отозвалась она, сразу же думая, что она, наверное, сделала что-то не так.
– Ничего. – Он передумал говорить, уткнувшись лбом в ее лоб.
– Алекс, не пугай меня.
– Ты не из пугливых.
– Алекс…
– Ты теперь от меня так просто не отделаешься, лесса Клади.
Если он думал, что последним заявлением внес ясность, то сильно ошибся.
Глава 16
Алекс смотрел, как спит Сесилия.
Она уснула сразу же, как только он перестал ласкать ее. А он не мог насытиться. Понимал – надо остановиться, у нее между бедер сейчас ощущается дискомфорт, и лишь усилием воли откатился от нее.
Вот и хорошо.
Ему надо подумать.
Он был с ней груб вначале. Злился. Больше на себя. На то, что не предусмотрел, не предугадал.
Отпустил.
Возомнил себя настолько предусмотрительным, что, решив дать девушке свободу, не мог даже предположить, что с ней случатся неприятности. Он и она думали: жила она себе тихой жизнью до просьбы Вивьен, в ее размеренных, наполненных тишиной днях, ничего экстравагантного не случалось, так и дальше будет.
Вивьен пала очень низко. От блистательной лессы, кружащей головы мужчинам и даже ему, не осталось даже оболочки.
До Вивьен и ее любовника Алексу не было дела. Неистовая ярость, что он испытывал в отношении нее, исчезла.
Пришло другое чувство.
И к другой девушке."
"Алекс снова посмотрел на Сесилию. Как она сладко спит, повернувшись набок, к нему лицом! Как трепещут ее реснички, отбрасывая тень на щеки. Ему вспомнилось, как она смущалась, когда он смывал кровь с ее бедер.
