Захватывающий сценарий в таинственной гостиной: женщина на коленях просит помощи от мужчины, но он отстраненно отказывается. Ее одиночество и мольба о милости создают непробиваемую атмосферу страстной потребности в понимании и поддержке.
Был кто – то еще…
Но кто?
С Матисом Алекс разберется. В ближайшие дни.
Ублюдок где-то рядом, поблизости. Тому хватило ума, чтобы не высовывать пока нос. Затаился. Выжидает.
Опять же – чего?
По описанию дворового, который вышел вчера покурить, тот незнакомец, что показался Сесилии, не был похож на Матиса. Альдэр коренастый, плотный. Различия налицо.
Алекс поставил стакан на полку и вернулся к кровати.
Спи, малика.
Он же посторожит твой сон.
* * *– Я требую объяснений.
– Прямо в неглиже?
– Алекс, перестань уходить от ответа.
– А если я тебя поцелую, ты перестанешь задавать неугодные мне вопросы?
– Нет. И не подходи ко мне… не смей! Ай!
Алекс все же поймал ее, и их губы встретились. Сесилия мгновенно растаяла, пожалев, что не успела накинуть хотя бы плотный халат, прежде чем начать разговор с Алексом о происходящем.
Он вышел из смежной комнаты, в которой находилась ванная.
А она стояла и таяла от властного поцелуя Алекса, сильнее прижимаясь к нему всем телом. Даже привстав на носочки, чтобы было удобнее принимать его ласку.
– Ты все равно не запудришь мне голову, – прошептала Сесилия с бешено колотящимся сердцем, как только Алекс отпустил ее.
Мужчина усмехнулся.
– Никак?
– Нет.
Несмотря на игривость диалога, она видела, что его глаза оставались предельно серьезными.
– Сесилия, говорить пока особо не о чем.
– Как это не о чем? Ты вчера мне сообщил, что меня заклеймили, и это притом, что в нашей стране колдовство под запретом! Это первое. Второе. Вокруг меня плетутся нехорошие интриги, меня втянули в водоворот событий, меня используют. И ты что-то знаешь, но мне ничего не говоришь. Хорошо. Тогда я сама все узнаю.
Она хотела уже развернуться, но Алекс схватил ее чуть повыше локтя.
– Сесилия, то, что происходит с тобой – не шутки.
– Я понимаю. – Она старалась говорить ровно, сдерживая негодование. – Поэтому я и спрашиваю тебя, в чем дело.
– Я не хочу пока говорить голословно, не разобравшись до конца.
– Ты очень упертый. Но тебе не кажется, что я имею право знать?
Она вздернула подбородок кверху, намереваясь до конца стоять на своем.
