Автор
В драматическом хорэйне "Приват-танец мисс Марпл", читатель оказывается в сердце забытого фильма, где каждое слово и жест имеет свою историю. Атмосфера напряженного репетиции окутывает вас, приковывая к страницам книги с неожиданностями и юмором, которым Дарья Донцова удивляет своим талантом....
Съезди в салон или, на крайний случай, напяль парик, нарисуй родинку возле уха, надень платье, туфли. И еще! Когда Морозов предложит тебе поужинать, он спросит: «Вы любите барабульку?» Знаешь, что это такое?
– Нет, – призналась Аида."
"– Маленькая рыбка, – пояснила тетка, – водится в море. Ты должна ответить: «Да, в особенности с белой спаржей и жареными помидорами». Во время ужина Морозов будет расспрашивать тебя о жизни. Скажи, что сейчас работаешь секретаршей, но мечтаешь стать профессиональной журналисткой, сотрудничаешь с интернет-изданиями и хочешь получить интервью от Григория Константиновича.
Замолчав, Аида осторожно поправила волосы и взяла чашку с кофе.
– Ты поступила так, как велела незнакомка, – поняла я. – И что получилось?
Девушка начала теребить край скатерти.
– Я кажусь вам дурой? Но слова про выбор на меня подействовали. Да, я нарядилась, как советовала звонившая, и ровно в девять вошла в дом олигарха.
Услышав это, я с большим трудом удержалась от восклицания: «Идиотка!» А Рашидова заговорила с удвоенной скоростью.
…Трудно поверить, только все получилось так, как обещала странная женщина. Посреди просторного помещения на пюпитре лежал том, вокруг стояли корзины цветов, вазы с букетами. Илону в Вилкине не любили, однако ее смерть потрясла жителей поселка, многие выразили Морозову соболезнование.
Аида приблизилась к поминальному фолианту, взяла ручку и вдруг услышала возглас:
– Яна!
Рашидова вздрогнула, обернулась и увидела Григория Константиновича.
– Яна… – повторил он. – Господи, Яна! Ты вернулась! Я так тебя ждал!
– Меня зовут Аида, – быстро произнесла она.
– Аида? – повторил вдовец, не двигаясь. – Откуда у вас это платье? И туфли?
– Купила в магазине, – соврала Рашидова, которой интуиция подсказала, что правду говорить не стоит.
– Удивительно… – пробормотал Григорий Константинович.
Она показала на книгу.
– Хотела оставить запись. Простите, что явилась поздно, но дверь была открыта. Мы с Илоной участвовали в постановке самодеятельного спектакля, мне ее очень жаль.
Морозов бросил на пол полотенце.
– Извините мой внешний вид. Каждый вечер ровно в девять я иду поплавать в бассейне, поэтому сейчас в халате.
– Вы у себя дома, это я совершила бестактность, – смутилась Рашидова. – Мне пора.
