Сначала он подозрительно хмурился, крайне удивленно рассматривая мой внешний вид, а затем, видимо, офигевая от того, чем я занималась, оперся об стену:
— А я тебе одежду купил, хотел позвать на ужин…
— Зови, — переворачивая стейки, передернула плечами я. — Только руки сначала помой и тарелки на стол поставь.
Могу понять растерянность Торна: не в таком состоянии он, похоже, ожидал меня застать. Что поделаешь, если предсказать свои поступки я и сама иногда не берусь.
— Вкусно пахнет, — расставив посуду, Райдэк встал у меня за спиной, незаметно сокращая расстояние и зарываясь носом в мои волосы. — Ты что задумала? — мягко прозвучало в мою макушку.
Вот же змей догадливый. Так я тебе и сказала.
— Пасту с овощным соусом и маринованные стейки.
— Я не о еде, — в голосе Райдэка почувствовалась улыбка, и мне захотелось развернуться и посмотреть на выражение его лица.
— А я — о еде, — сняв с жаровни мясо, уложила его на блюдо с пастой и, отодвинув мужчину в сторону, пошла к столу. — Голым сексом на завтрак, обед и ужин сыт не будешь.
— Умеешь ты… по живому… — проследовал за мной Торн. — Прости, я немного теряю контроль рядом с тобой.
— Немного? — вопрошающе приподняла бровь я.
— Ладно, — усаживаясь за стол напротив меня, признался он. — Совсем теряю. Так что ты задумала? — командор резко сменил тему, сверкнув серой сталью своих глаз. — Я ведь тебя уже немного изучил. Когда ты становишься такой спокойной — жди взрыва.
У, знаток. Я бы тебе, конечно, организовала взрыв мозга, но злить тебя — себе дороже.
— А у вас в выборе прайтов женщины участвуют? — прожевав кусок мяса, поинтересовалась у Торна я, и он, насмешливо склонив к плечу голову, в знак отрицания качнул головой.
— Я тут подумала, что неплохо бы узнать женщинам Проктэрры о том, как сильно нарушаются их гражданские права.
— И что это значит? — догадываясь, что сейчас услышит от меня что-то из ряда вон выходящее, прищурился Торн.
— Ты сказал, что я могу найти себе здесь любимое дело. Я подумала — и нашла. Раз в космос мне путь закрыт — займусь политикой. Организую партию женщин и будем бить проктэррианских консерваторов аргументом.
— Каким аргументом? — рассмеялся Торн.
— Смейся, смейся, — втягивая губами пасту, улыбнулась ему я. — Вот когда в один прекрасный день все проктэррианские бабы откажут своим мужьям в этом самом аргументе, тогда поймешь, кто смеется последним.
Это стоило сказать даже только ради того, чтобы увидеть мелькающую череду эмоций на лице Торна. Он перестал жевать, задумчиво прикидывая, способна ли я на такое, а после того, как пришел к выводу, что способна — болезненно поморщился, явно представив, как звереющие проктэррианские мужи станут штурмовать его резиденцию с гневным требованием унять свою чокнутую тар дэ.