Непостижимая и загадочная серия событий обрушивается на жизнь одного человека, делая ее незащищенной от грядущих перемен и роковых решений. Каждый шаг кажется предопределенным судьбой, будто в танце ты несешься по бескрайним просторам, не видя куда идти. Путь этот заполнен исходами выбора, где каждый шаг может изменить ход истории....
Господи, да я за всю жизнь столько не плакала, как за последние месяцы. Черт бы побрал эту сероглазую сволочь. Черт бы его побрал…
* * *Я вырубилась, совершенно разбитая и морально уничтоженная, а проснулась почему-то чувствуя себя так хорошо, как ни разу не чувствовала с момента прибытия на Фаэртон. Внутри разливалась какая-то умиротворяющая нега и ужасно хотелось есть. Невыносимо. Давно такого не было.
Поднявшись и одевшись в свою аккуратно сложенную на краю кровати одежду, я увидела в глубине комнаты расставленные на столике блюда с едой, и вздохнула с протяжным стоном.
Откуда Торн знал, что я захочу есть?
Придурок. И ведь просила же: ""Развяжи. Поговорим нормально"". Нет, надо было показать мне, кто здесь хозяин. Показал? Огреб? Доволен? Ну, и где тебя теперь носит?
Словно услышав мои мысли, открылась дверь и…
Облом. Вместо Торна на пороге комнаты возник его отец.
— Я хотел бы поговорить с вами, Агни, — грустно улыбнулся Кайл.
Я смущенно кивнула, приглашая его сесть, и мужчина, посмотрев мне прямо в глаза, произнес:
— Не знаю, что сделал вам мой сын, но я прошу у вас за него прощения.
— Не стоит себя винить в чужих грехах. Мы с Торном давно уже взрослые. И платим за свои проступки по-взрослому, — потупилась я.
— Торн мне все рассказал и сообщил, что вы считаете Райдэков виноватыми в гибели своей семьи…
— Не слушайте его, — перебила я тан ориса. — И простите меня, Кайл. Я наговорила Торну гадостей, потому что… Потому что наговорила.
— Понимаю, — вдруг ласково погладил меня по голове мужчина, и я прижалась к его ладони как к единственной точке равновесия на этой пугающей меня планете.
— Я не считаю Райдэков виновными в гибели Шэнгри. Вернее… — я запнулась, а потом с предельной честностью ответила: — Вас и Торна не считаю.
— Ты знаешь, что связывает дом Райдэк и дом Шэнгри? — неожиданно поинтересовался Кайл.
— Какое-то дальнее родство, — поделилась с тан орисом тем, что когда-то вычитала в проктэррианской книге."
"— Не дальнее, — покачал головой мужчина.
— Как это? — растерялась я.
— У них были разные отцы, но одна мать, — пояснил Кайл.
— Значит, дом Райдэк именно поэтому стал правящим после гибели Шэнгри?
— Не совсем так. Вернее, совсем не так, — окончательно запутал меня Кайл. — Родство сыграло не последнюю роль на голосовании прайтов, но основной причиной перевеса голосов стала наша генетика и ведущие технические разработки.
