Непостижимая и загадочная серия событий обрушивается на жизнь одного человека, делая ее незащищенной от грядущих перемен и роковых решений. Каждый шаг кажется предопределенным судьбой, будто в танце ты несешься по бескрайним просторам, не видя куда идти. Путь этот заполнен исходами выбора, где каждый шаг может изменить ход истории....
Выпрямившись, как монумент самому себе посреди зала конвесториума, мой поверенный торжественно возвестил притихшим мужчинам:
— Смею утверждать, что исходя из изложенных фактов, моя подопечная принадлежит не дому Райдэк, а Лирэл Шэгри. И поскольку Агния Лирэл Шэнгри является последней представительницей своей династии, то по закону Проктэрры она становится ее главой.
— Но она женщина, — порывисто вскакивая с мест, стали разгоряченно выкрикивать прайты.
Словно завороженный действом зритель, я наблюдала за разворачивающимся на моих глазах спектаклем.
Кайл властно поднял руку, утихомиривая толпу, и спокойно произнес:
— В своде законов Проктэрры нет четко прописанного условия, что главой дома не может быть женщина.
— Но это прецедент, — воскликнул глава одного из домов. — Пункт единонаследия был внесен в свод, когда в роду последним оставался мужчина. Никому в голову не могло прийти, что последней может быть женщина.
— Тем не менее признание Агнии Шэнгри главой дома и прайтом не противоречит закону, — неожиданно вмешался Торн, и все вокруг изумленно стихли, глядя на него как на самоубийцу.
— Вы понимаете, чем рискуете, дэн орис? — потрясенно прошептал сидевший рядом с Торном мужчина.
Райдэк даже не соизволил повернуться в его сторону, лишь холодно отчеканил:
— Это уже мое дело. Связь между мной и Агнией Шэнгри возникла на добровольной основе, так что по закону нам нечего предъявить, а все остальное — наши личные с ней отношения, и никого из вас не касаются.
От внезапно навалившейся тишины я оглохла. На моих глазах творилась новая история Проктэрры. Шэнгри опять меняли законы планеты. Или не Шэнгри?..
Я смотрела на спокойно откинувшегося на спинку сидения Торна, понимая, что Мердока на Проктэрру привез именно он, и именно он вложил в уста Сапса слова, которыми он сейчас уверенно прокладывал мне путь к свободе.
