Непостижимая и загадочная серия событий обрушивается на жизнь одного человека, делая ее незащищенной от грядущих перемен и роковых решений. Каждый шаг кажется предопределенным судьбой, будто в танце ты несешься по бескрайним просторам, не видя куда идти. Путь этот заполнен исходами выбора, где каждый шаг может изменить ход истории....
Грудь красавчика заходила ходуном, он длинно выдохнул, и бугор в его штанах сильно увеличился в размерах.
Что ж ты так завелся, милый? Я еще даже не начинала. Впрочем, если верить характеристикам твоего нанокостюмчика, очень надеюсь, что тебе сильно не жмет.
Датчики, установленные вокруг пилона, среагировав, включили музыкальное сопровождение, погружая комнату в полумрак, и я, сбросив с себя босоножки, волнообразно выгнулась, а потом, запрыгнув на шест, слилась с ним в жарком экстазе.
Я танцевала страсть.
Алую. Безудержную. Яркую. Такую же бурную, как наш с незнакомцем секс.
Сейчас пилон был не бездушным инструментом для танца, он был моим партнером и, если бы мог, то, наверное, кончил оттого, с каким самозабвением я ему отдавалась.
Я понимала, что издеваюсь над своим визави, провоцирую, что закручиваю жгуты его терпения до предела, которые в один момент, расправившись, как пружина, хлестнут меня наотмашь.
Да, именно этого я и хотела: видеть его без этого надменного лоска и самоконтроля — дикого, сумасшедшего, необузданного.
"Спустившись с пилона, я медленно и развратно погладила свое тело ладонями, пристально глядя мужчине в глаза, на дне которых закручивались голодные вихри похоти.
Он хотел меня.
Хотел, видимо, так сильно, что сдерживался уже с трудом.
Пальцы мои плавно заскользили по бокам, обрисовывая силуэт и расстегивая застежки. Платье осыпалось мне под ноги темными лоскутами, и теперь ничто не мешало брюнету смотреть на мое выставленное напоказ тело — влажное, возбужденное, доступное, украшенное росчерками серебристых бликов от крутящихся под потолком зеркальных шаров.
Сиплый вдох взорвал интимную тишину, и я даже среагировать не успела, когда фиксаторы, удерживающие мужчину, треснули, развалившись на две половинки, и он, взмыв в воздух размытой тенью, налетел на меня, словно чудовищный вихрь, сбив с ног и повалив на спину.
Скорость, с которой он двигался в пространстве, была просто нечеловеческой.
Резкий, злой удар незнакомца ладонью по собственному плечу запускает скрытый механизм костюма, лишая его одежды.
